Кровь и черника

– Ну я, честно говоря… ничего такого, не приходит в голову, – растерялась Ленка. – А это важно? – она безуспешно пыталась придать голосу максимальную солидность.

– Конечно, я спрашиваю только о важных вещах, – с достоинством ответил Макушкин.

– Постараюсь выяснить все по данному вопросу в ближайшее время, – пообещала расстроившаяся от подобного своего невежества Образцова и, потупившись, прекрасно осознавая свой проступок перед возвышенным Ремеслом, негромко проговорила: – Извините.

– Ну, я на вас надеюсь, – после паузы, подбадривающе произнес Макушкин, слегка расчувствовавшийся после подобного апофеоза.

– Вы разрешите организовать тут у вас небольшой дополнительный штаб? – попросил Макушкин с удовольствием приговорив рюмку уже распробованной настойки.

– Буду очень рада, – тут же отреагировала Ленка.

– И еще одно, Елена Поликарповна, – следователь постарался придать своему тону максимальную серьезность. – Мы с Федором не собираемся гостить у вас бесплатно. Никакие отказы не принимаются, – строго повысил он голос, заметив, что Образцова собралась махать руками.

На следующее утро, позавтракав ни шатко ни валко приготовленной манной кашей и бутербродами с колбасой, Макушкин тепло поблагодарил хозяйку и обратился к Баринову:

– Ну что, Федор, начнем с этих Штеменко, это же их дочь обнаружила тело.

– Начать-то можно, – отнюдь не фигурально почесал в затылке Федя. – Но мы же не имеем права допрашивать ребенка. Сколько ей, кстати, лет?

– Шесть, – сверился с записями следователь.

– А если их не окажется дома?

– Ну, тогда зови этих двух пьяниц, – немного подумав, решил Макушкин.

– Да я не знаю, где их искать.

– Так я же вам помогу, – искренне удивилась затруднению Образцова. – Уж Рулеткина и Дудкина найти, это мне запросто! Только Дудкина надо бы побыстрее, пока он не напился с утра.

– А что, если я вас попрошу сходить и попросить его пока не пить?

– Да, конечно, сбегаю, Еремей Галактионович, о чем вы говорите?! Заодно и Рулеткина предупрежу, за ним ведь, знаете ли, тоже нужен глаз да глаз.

Следователь промолчал. Честно говоря, он этого не знал, да и не стремился узнать.

Первым к следователю доставили музыканта Дудкина. Ленка отловила его еще дома, где достопочтенный трубач уже начал потихоньку накачиваться, но еще не дошел до критической отметки.