Конский волос

– Постараюсь, – кивнула Цепкина, – но головомойки Амфитриону не миновать.

– Сочувствую вашему зятю. Кстати, что это за имя такое чудное, Амфитрион?

– Он сам чудной, и имя у него чудное, – проворчала Цепкина. – У него еще и отчество Ферапонтович. Родители, которые такие имена дают, с головой явно не дружат.

– Что-то вы больно много ворчите, – добродушно усмехнулся Дубков, – смотрите, давление подскочит.

– Я Амфитриону по шее дам, так оно и на место встанет.

– Ну, бог с вами, Пелагея Егоровна! – рассмеялся Дубков.

 – Желаю вам добраться домой целой и невредимой.

– Спасибо, – поблагодарила Цепкина и добавила, – хорошо, что вы поблизости оказались и мне помогли подняться.

– Да не за что! Всего доброго.

Цепкина ушла бормоча, что то вроде «Ну, Амфитрион у меня дома получит и Дудкин, скотина, не отвертится». Дубков с восхищением посмотрел ей вслед.

«Ну и кадр, – подумал он. – Не хотелось бы мне быть ее зятем. Ничего не скажешь, колоритная натура».

Он отряхнул брюки и с сочувствием взглянул в сторону Крутой, где плавали на лодке две потенциальные жертвы.

Глава 2

Таисия Игнатьевна приходит в гости

Таисия Игнатьевна Сапфирова вышла из своего небольшого ухоженного дворика, аккуратно закрыла калитку и неторопливо направилась по деревенской дороге в сторону дома своей старой подруги Ольги Павловны Арсеньевой. Сапфирова была невысокой необычайно живой женщиной с проницательными голубыми глазами, лет шестидесяти двух-шестидесяти трех. Однако выглядела она несколько старше своего возраста и поэтому селяне за глаза называли ее старушкой.

Проходя мимо большого строящегося дома, точнее его каркаса, старушка задержалась, чтобы посмотреть, как движется работа. Строго говоря, Таисия Игнатьевна была не очень довольна этим строительством. Она привыкла, что в Полянске не было больших многоэтажных домов. Этот же, по слухам, должен был быть трехэтажным. «Да времена меняются, – подумала она с некоторым сожалением, – скоро здесь, бог знает, чего понастроят. То ли дело раньше», – вздохнула Сапфирова, вспомнив Полянск тридцатилетней давности.

Сапфирова не была сторонницей прогресса. Она не любила городской суеты и летом с удовольствием наслаждалась безмятежной деревенской идиллией. Однако, при мысли об идиллии, Таисия Игнатьевна нахмурилась. Год назад тихий спокойный Полянск потрясли три ужасных убийства. Таисия Игнатьевна никогда не сожалела, что именно она сыграла решающую роль в разоблачении преступника.