Конский волос

– Кого? – задала вопрос Авдеева, не отрывавшая глаз от председательствующего.

– Предлагаю начать с супругов Морозовых, которые вели себя подозрительно, – важно проговорил следователь, поправляя очки.

– Вызовем их сюда или нанесем визит сами? – спросил Скворцов.

– Пожалуй, лучше дойдем до них мы, – решил следователь.

Прихватив все нужное для ведения протокола, следователь и лейтенант отправились к Морозовым.

– Я думаю, мне лучше пойти с вами, – заметила Сапфирова.

Следователь проницательно блеснул очками.

– Ну, что ж, резонно. В конце концов, при вас они не отвертятся.

– А мне можно с вами? – вызвалась Кира Борисовна.

– Нет, милая девушка, – тоном не оставляющим никаких надежд ответил Макушкин. – Следствие, – строго он поднял палец, – не представление для широкой публики.

Сказав это, он гордо прошествовал вперед. Сейчас Еремей Галактионович совсем не походил на того Макушкина, который поджав хвост выползал из кабинета прокурора.

Лейтенант Скворцов, слегка задержавшись, наклонился к Авдеевой:

– Не расстраивайтесь, Ватсон, – прошептал он, – с вашей помощью мы обойдем Лестрейда.

– Какое? – встрепенулся «Ватсон».

– Разузнайте, что говорят в деревне об этих Морозовых.

– Есть, – радостно отдал честь «Ватсон».

В деревне сразу заметили приезд милиции. Мария Николаевна Симагина поспешила известить об этом Ленку, но, как оказалось, главная местная сплетница уже была в курсе.

Пока следователь, лейтенант и Сапфирова шествовали к дому Морозовых, в котором раньше жила Анна Петровна Дочкина, Ленка, трясясь от волнения, разглядывала их в полевой бинокль.

– И Таисия с ними, – шепнула она, стоявшей рядом Симагиной.

Та кивнула, явно заинтересованно.

Остальные тоже наблюдали за группой детективов.

Поскольку дом Морозовых был вторым, считая от леса, то сыщикам пришлось пройти почти всю деревню.

Музыкант Дудкин допялился на них до того, что чуть не выпал из окна.

Немного не доходя до цели, они были остановлены бдительной Матреной Тимофеевной.

– А ко мне, что ж не залетели, голубки? – прошамкала старушка, близоруко щурясь. – Из милиции ведь будете?

– Оттуда, – сухо кивнул Макушкин, замедляя шаг.

– А вот этого молодца я припоминаю, – медленно проговорила старушенция, пристально разглядывая Скворцова.

Макушкин уже переминался с ноги на ногу.

– Шли бы вы, бабуля, – наконец не выдержал он.

– Куда мне иттить-то? – искренне удивилась старуха.