Между раем и адом. Третья книга трилогии «Неприкаянная душа»

– Элементалы не находят общего языка с техникой, – поморщился домовой. – Думаешь, мне легко отпускать тебя к непредсказуемым людям на общественном транспорте? Попробуй выучиться сама, дорогая.

Я боялась машин, я терялась только от одного вида насмешливо подмигивающих лампочек, разнообразных таинственных рычажков, кнопочек и переключателей на серой или черной панели неизвестного мне организма механического чуда. Зная, что на энергетическом уровне мы, люди, постоянно контактируем с исключительно всеми неодушевленными предметами, я с содроганием вспоминала небезызвестную Исидору Дункан, задушенную зловредной тачкой, и еще больше страшилась сесть за руль долгожданного и загадочного детища технического прогресса.

– Знакомьтесь, Никита Вячеславович Лысов, – торжественно произнес Куприн, когда я влетела в гостеприимный казенный дом.

Я шире распахнула глаза и с любопытством уставилась на соратника проживающего в аду насекомого.

Он был немолод, носил слепящую лысину и щегольские казацкие усы.

– Я перешла вам дорогу? – усаживаясь напротив авторитета, мягко спросила я.

– Что вы, что вы! – заелозил ворюга в законе и попытался почтительно вскочить с места.

– Сидеть! – заорал уютно пристроившийся подле нас юный мент.

– Никогда прежде не лицезрел подобной небесной красоты! – продолжал пускать слюни жулик. – Теперь же, благодаря уважаемому Виктору Александровичу…

Вор в законе….

– Хватит юлить! – стукнул кулаком по столу бравый капитан. – Это ваш «мерс» следовал за гражданкой Смирновой по пятам!

– Неправда! – ушел в глухую несознанку матерый преступник. – Я в первый раз вижу эту женщину!

– А «Б 666 ЕС» – эти номера вам ни о чем не говорят? – подал ломающийся голосок неоперившийся воробышек в милицейской форме.

– Да, не отрекаюсь, это моя тачка, но я отказываюсь что-либо понимать! – поскреб затылок владелец авто.

Мистика? Он прав! Это мистика. Я почти уверена, что Лысов не врет. И что же теперь мне делать?

В родные пенаты я ехала удрученная. С одной стороны, задержанный говорит правду, с другой, траурный автомобиль будто испарился. Возможно, меня когда-нибудь оставят в покое. Например, найдут другую претендентку на роль героини-любовницы.