Легко ли быть ведьмой

Когда бабуля узнала об этом, сжала губы и сказала только одну фразу:

– Нельзя вмешиваться в судьбы людей, меня покарал Бог.

С той поры она перестала принимать отчаявшихся людей.

Вечером бабушка позвонила.

– Попробуй организовать прием больных, – печально произнесла она. – Только лечи их молитвами и заговорами, обращенными к Богу. Не связывайся с колдовством, не повторяй моих ошибок. А также не трогай ауры больных, чтобы не заразиться их болезнями. Научи людей лечить себя.

– Хорошо, – прошептала я. – А мама с папой? Может, я смогу и им помочь?

– Не сможешь, – прохрипела собеседница и заплакала. – Если Господь простит меня, я сама их вылечу.

Дети сладко спали, подложив ладошки под щечки, а я сидела возле их кроваток и вспоминала о бывшей невесте Виталия Вальке. Я отняла у нее любовь и наказана. На чужом горе счастья не построишь.

Глава 3. Начало неизведанной жизни

К утру я упала в постель и крепко уснула, а с солнышком встала с твердой уверенностью, что смогу сделать своих детей счастливыми.

Неожиданно зазвонил звонок, я вздрогнула. А затем с надеждой поспешила к двери. Надежда не оправдалась. На пороге стояла соседка по площадке Мария Ивановна. Ей было за семьдесят, но никто не мог назвать ее старухой. Лучистый взгляд и мягкая улыбка согревали каждого, с ней познакомившегося.

– Вероничка, – соседка засмущалась. – Тебе не нужна помощь?

«Ах, вот в чем дело, – нахмурилась я, – уже все обо мне все знают».

А вслух сказала:

– Спасибо. Нет.

И тут мои глаза остановились на голове старой женщины. Что-то меня взволновало, и я пристально вгляделась в ее ауру. В области левого виска виднелось темное пятно величиной с куриное яйцо, только неровной формы.

– Как вы себя чувствуете? – озадачилась я, гипнотизируя пробоину.

– Вся левая сторона болит, – пожаловалась Мария Ивановна.

– И сердце? – уточнила я.

– И оно, – кивнула соседка.

Она меня жалела, и я это видела.

– Пройдите, – подхватила я бабушку под руку.

А потом усадила на стул, сама же встала сзади.

– Что ты делаешь? – удивилась тетя Маша.

Из детской выглянула Анжелика и, округлив голубые, как у Виталика, глазки, скрылась.

– Сейчас буду вас лечить, – забыв о совете Лилии Васильевны, твердо сказала я и удивилась своей смелости.