Кукол бояться – в лес не ходить. Мистические истории

Похожая на неуклюжего медведя девчонка лет двенадцати сразу уселась за её рояль и стала бренькать на нём чёрт знает что типа «чижика-пыжика». Мальчишка, чуть младше, прискакал в Ритину спальню, где она как раз дремала и вспоминала своё детство с молодостью, которые прошли здесь.

Когда-то она купалась в счастье, у неё были муж и дети. Сначала утонул в лесном пруду муж, за ним от клещевого энцефалита умер старший сын Олег, а потом и младший Денис попал под машину. Больше она их не видела никогда. Сколько тогда ей было? Сорок лет, всего сорок лет!

Рита покосилась на малолетнего негодника, нарушившего её покой, и отвернулась к стене, а сама подумала, что обязательно им отомстит.

Будто почувствовав угрозу, скакун удалился, на лестнице послышался стук каблуков, удаляющихся вниз по ступенькам.

Ощутив запах готовящегося супа, Марго пробудилась от многолетней апатии. Неожиданно засосало под ложечкой, и она сглотнула слюну. Пахло свиной тушёнкой и варёной капустой.

«Щи, – догадалась она. – А что если попросить налить и ей тарелочку»?

Почему бы и нет? Рита встала и последовала в кухню-столовую. Бородатый мужчина средних лет сидел на диване и читал газету, миловидная светловолосая дама топталась возле плиты.

– Сначала заправимся, а потом будем убираться, – пробуя суп на достаточное наличие соли и специй, распорядилась блондинка.

– Как скажешь, Валюша, – отлип от газеты мужчина. – Нам повезло. Где ещё найдешь за такие смешные деньги подобное двухэтажное великолепие с двадцатью сотками в придачу?

– Племянница бывшей хозяйки берегла его для своей малолетней дочери, да раздумала, – Валентина положила половник, расставила на уже вымытом столе Ритины тарелки из сервиза, подаренного свекровью им на свадьбу, и крикнула:

– Лиза, Тарас, обедать!

Проводив именную посуду негодующим взглядом, Маргарита обрушилась в кресло-качалку и замерла.

– Витька, а ты что руки не моешь? – обратилась женщина к мужу.

– Сейчас-сейчас, – вздрогнул бородач и бросился в санузел. Оттуда послышался плеск воды.

«С каким удовольствием приняла бы душ», – опечалилась Марго и вспомнила былые времена, когда она, красивая и молодая, по вечерам отлёживалась в пенной ванне.

Прибежали дети, гадкая толстая Лизка схватила кусок пирога с мясом и, чавкая, стала запивать его супом, тощий Тарас бухнулся на стул и заныл.

– Не хочу щей, – нудно заканючил он.