Гримасы навязанной молодости. Вторая книга трилогии «Неприкаянная душа»

Утро наступило внезапно, впустив в спальню изысканное пение соловьев.

– Как спалось? – осведомился чисто выбритый Карлос, проявляясь на фоне ослепительно белой двери.

– Прекрасно, – отчаянно зевая, ответила я.

Никогда еще мои непослушные члены не испытывали такого расслабления. Да и в голове звучала поразительная пустота. Не хотелось ни о чем думать, ничего делать. Так было со мной в огромном доме второго мужа, всесильного Повелителя Стихий. Но тогда я являлась всего лишь обожаемой принадлежностью властного мужчины, сейчас же – хозяйкой самой себе, а чувство свободы пьянило.

– Хочешь в театр? – присаживаясь на краешек кровати, поинтересовался домовой.

Еще бы! Разве подлинные женщины когда-нибудь отказываются от посещения подобных заведений?

– Однако, мы живем в такой глуши! – воскликнула я, но мгновенно выпрыгнула из мягкой постели.

– Разве моя подруга не умеет летать? – фальшиво удивился Жемчужный.

– Ты прав! – восторжествовала я и, взмахнув руками, взмыла к белому потолку, чтобы оттолкнувшись от него, направить свое физическое тело в ванную комнату.

Встав под прохладный душ, я почувствовала, как невидимые руки ласково натирают мне спину легкой губкой с необычайно душистым мылом. Смыв пушистую пену, я накрылась махровым полотенцем, спустившимся с высоты, и снова взлетела вверх, чтобы вихрем примчаться в столовую и, игнорируя громоздкое платье от какого-то знаменитого кутюрье семнадцатого века, полуголой усесться за обеденный стол. На чрезвычайно неудобной одежде настоял мсье Карлос, неузнаваемо изменивший свой облик.

– Мы полетим в Марсель? – спросила я с аппетитом поедающего омерзительные лягушачьи лапки друга.

– В Париж, – проглатывая последний кусочек и простирая руку к горячему шоколаду, откликнулся он. – Одевайся.

– Но еще рано, – потянувшись, снова зевнула я. – Все уважающие себя люди ходят в театры по вечерам.

– Разве тебе не хотелось бы просто прогуляться по красивейшему городу планеты, посидеть в уютном ресторанчике? – поразился дух.

– Экзили уже мертв? – вспоминая страшную коллекцию колдуна, уточнила я.

– Да, – заверил меня домовой. – Только условимся: в настоящее время Алису Смирнову зовут маркизой Сюзанной де Ламарт, меня – Жоржем де Ламарт.

– И кем же ты мне приходишься? – насупилась я.

– Отцом, – показал розовый язык Жемчужный, – только отцом.