Рождество в Фогвуде

Карточки из коробок я сложила на серебряный поднос для писем, чтоб потом передать Джейку, а открытку, подписанную профессором Дугласом Перишем, сунула в бювар Джеймса, чтоб он не забыл лично написать ответ. Джейн заверила меня, что уберёт упаковку и коробки из комнаты и наведёт здесь порядок. Уже выходя, я бросила взгляд в камин и увидела серебряную рамку. Стекло лопнуло. Фотография сгорела. Я вдруг пожалела, что позволила Джеймсу сжечь её. Я бы просто обрезала часть с физиономией этой стервы, а остальное припрятала.

Вспоминая его лицо на той фотографии, я невольно испытывала странное чувство тревоги и щемящей нежности. Нет, я не влюбилась в того мальчишку с ледяным взглядом, каким он когда-то был. Скорее, разглядела в лице своего мужа черты этого самого мальчика, мятущегося и страдающего от ревущих в его груди слишком взрослых страстей. И ещё сильнее влюбилась именно в него, своего Джеймса, взглянув на него с иной, незнакомой стороны.

– Туда что-то упало? – услышала я рядом озабоченный голос Джейн.

– Мистеру Джеймсу не понравилась фотография, – объяснила я. – Немного кардинально…

– Такое с ним случается, – неожиданно улыбнулась Джейн. – К этому все привыкли. Я достану её, когда буду чистить камин.

– Только не обрежьтесь стеклом, – попросила я.

Уже спускаясь по лестнице, я вдруг подумала, что в доме наверняка есть старые альбомы с фотографиями, где я найду много снимков Джеймса. Такой обязательно должен быть у тёти Роззи. Может быть, для фотографий своего любимого племянника она завела особый альбом и с удовольствием покажет его мне.

Я сразу же прошла в большую гостиную, откуда слышались голоса, и застала там Джеймса, Тома и Дэбби, которые обсуждали вновь прибывших гостей. Сев рядом с мужем, я прислушивалась к разговору и скоро поняла, что старая виконтесса очень мила, непосредственна и ранима, виконт по виду – славный малый, а от мистера Симонса всех, кроме сэра Артура, пробирает дрожь. Он даже выгнал в задние помещения собак, что было воспринято как вопиющее кощунство.

Тем не менее, Джеймс призывал брата и сестру к сдержанности и терпимости.

– Нам нужно его расположение, иначе с браком могут возникнуть проблемы, – увещевал он, и его слова, судя по всему, были обращены более всего к независимой и прямодушной Дэбби.

– Какие могут быть проблемы? – пожала плечами она. – Если Вэлери любит Тома, если они хотят пожениться, что он может сделать? Мы имеем вес в обществе, наша семья богата.