Тайна трёх подруг

Пошли-пошли!

Евгения тяжело, как старуха, опустилась на кухонный стул и глотнула горячего кофе из крошечной чашки, из которых так любили пить мама и младшая сестра.

– Ешь, – приказала маленькая хозяюшка и вручила ворчунье вилку.

– Не хочется что-то, – Женя взирала на аппетитную с виду глазунью с явным неудовольствием. – Меня мутит.

– Будет мутить, если по утрам не умываться и не чистить зубы.

– Зубы я всегда чищу после завтрака, а есть сегодня совсем не хочется, – возразила сестра, но приметив на Светкином лице гримаску обиды и разочарования, взялась-таки за вилку.

– Ешь-ешь, вырастешь большая и красивая, – приговаривала маленькая кухарка, поглощая при этом свою порцию яичницы с видимым удовольствием. – У, растрепуха! – вдруг рассмеялась она и, дотянувшись через стол, взлохматила и без того спутанные локоны сестры.

Евгения чуть отстранилась, побледнела, затем прикрыла рот рукой и стремглав бросилась в ванную.

Светка тут же заколотила в дверь ванной:

– Что случилось? Тебе плохо?.. О, Господи, тебя там рвёт что ли? Открой немедленно! Открывай, или я сейчас выломаю на фиг эту чёртову дверь!

– Чего орешь? – Женька распахнула дверь, вытирая раскрасневшееся лицо полотенцем.

– Тебя вырвало, да? У меня получилась такая ужасная яичница? – Светкины глаза были полны сочувствия и огорчения.

А студентка и спортсменка вдруг присела на пластиковый коврик и, уткнувшись лбом в прохладную стенку стиральной машинки, зарыдала:

– Это я, это я во всем виновата! Не надо было ей пока ничего говорить… Она так расстроилась, так переживала!

– Что говорить? Кому говорить? Маме? Что ты ей сказала, а? – допытывалась Светка, пытаясь разобраться в слезных завываниях сестры.

– Я ей все рассказала! – выла Женька, – вот она и носилась по городу, себя не помня.

Сестрёнка резко встряхнула впавшую в истерику девушку за плечи:

– Ты в состоянии что-то толком объяснить, или и дальше будешь орать как оглашенная?

– Я… У меня… Я беременная! – наконец выговорила Евгения, попыталась подняться с пола, опираясь на край ванны, но тут же снова обессилено опустилась на коврик.