Карантин. Анекдоты о Пушкене

Поэтому беднякам не следует обольщаться, что запреты браконьерства вводятся из-за заботы о Матушке Природе и воспринимать эти ограничения как посягательство на ошмётки их свободы. Бедняков дрессируют сидеть в загоне и помалкивать! Умница Шекспир, таща убитого им оленя по лесной тропке домой, отлично понимал это и утверждал своё право не жалким нытьём, просьбами, а метким выстрелом и быстротой своих ног. Он и прикончил этого оленя только затем, чтобы напомнить себе и окружающим, что он -существо высшей породы! Поэтому самые бесчеловечные и браконьерские государства давно позаботились о таких поползновениях, разоружая свой народ и там, где народ безоружен, можно с полной уверенностью сказать, что это патентованный народ-раб, которому не позволено не то, что браконьерство – ничего не позволено.

. Когда такой народ погружается на самые низины рабства, его всегда нахваливают, обзывая его прискорбное рабское состояние «ответственностью» и «гражданскими добродетелями». Особенно работорговцы любят называть свой живой товарец «патриотами». Когда эти слова начинаются сыпаться из пасти любой власти, это значит только то, что народ окончательно пали пребывает в рабском состоянии.

Власть имущие утешают такие народы тем, что подплинтусное послушание – это проявление «патриотизма», уравнивая таким образом рабство и «патриотизм». Часто, люди, уже не имеющие отношения ни к каким благам и просто живущие в своих квартирах, чудом до сих пор оставшихся у них, продолжают считать себя «гражданами», «членами сообщества» или чем-то подобным.

Этот самообман был бы простителен, если бы не его печальные последствия для сообществ.

«Знал ли брат моего деда, поручик, уходя воевать за глупого царя, что после окончания битвы его жена окажется нищей вдовой, без пенсии и средств к существованию? И всё потому, что его убедили, что надо защищать родину! Знали ли двое сыновей моей бабушки, когда погибали в Литвонии, что их мать получить пенсию – 5 рублей? Пять рублей за двух сыновей-офицеров! Что сбережения её украдут, а эти иудины подачки продолжат платить уже очень старому человеку! Римские преторианцы подняли бы мятеж! Понимали ли они, что их мать подвергнут скоро издевательству, когда бросая эти иудины медяки, на её глазах будут делить жирные, сочные холокостовские реквизиции с Германии?»

Вот так нам пришлось за минуту времени проделать тысячелетний путь от защиты животных к полной беззащитности людей моей незабвенненькой, миленькой Родины.