Алуэсса

Теперь-то уж можно об этом сказать без ущерба для чьей-либо репутации. Впрочем, нет: вслух по-прежнему очень много чего говорить нельзя, даже такому непокладистому существу, как я, и вовсе не потому, что на меня с укором посмотрит Илассиа. Просто нет таких слов ни в одном языке, которые в данном случае окажутся единственно правильными. Бывают случаи, когда опытный переводчик должен не говорить, а молчать. Извините, учитель, уже умолкаю.

Взрослые и дети

После того, как наша с Карлом приятельница Фатима Сантини-Рунге, ведущий специалист по биогенетике из Института космобиологии на Арпадане, выяснила, что в генах семьи Киофар присутствуют некие аномалии, и сильнее всего они проявляются у принцессы Иссоа, главной темой наших бесед оставалась проблема наследия и наследственности.

Еще до присылки на Тиатару материалов Фатимы постепенно вызревало решение, которое покончило бы с неопределенностью в передаче прав на императорский титул. У Ульвена, как все мы знали, не могло быть детей, потому что мы с ним во время спасательной миссии на Сирону подверглись космическому облучению.

Нам с Карлом удалось перехитрить судьбу с помощью биокоррекции моих клеток и искусственного оплодотворения. Ульвен не мог прибегнуть к этому средству. В его случае оно оказалось бы бесполезным.

Это значило, что на нем прервется династия.

Какое-то время он обдумывал предложение своей племянницы Маиллы Ниссэй: усыновить оного из двух ее сыновей, Ульфара или Массена. Но рассудив хладнокровно, Ульвен отказался от этой вроде бы очевидной идеи.

Мальчики – близнецы. Между ними могла начаться вражда не на жизнь, а на смерть. А если и не вражда, то обычная зависть и ревность.

Он решил объявить наследницей принцессу Иссоа. Да, она не мужчина, а женщина, однако в нынешнем мире это уже не имело такого значения, как в древности.

И тут обнаружилось, что Иссоа – существо, природа которого отличается от природы других уйлоанцев.

Она – алуэсса.

В прежних частях моих записок я уже объясняла, что алуэссы считались мифическими персонажами, уйлоанскими океанидами, певицами и пророчицами, прекрасными и опасными, предания о которых запечатлены в выдающемся памятнике уйлоанской поэзии – «Уйлоаа алуэссиэй инниа», или, в переводе на космолингву, «Песни уйлоанских океанид».

Можно возразить, что при постоянных контактах между разными цивилизациями сейчас никого уже не удивишь существами самых причудливых форм.