Тетрадь с Энцелада

– Аисяне вроде бы тоже знали, – вздохнула мама.

Я поняла, что она весь вечер с ужасом думала, как мы будем еще раз перемещаться на их корабле.

– Лаура, гони прочь эти мысли! – властно прервал ее папа. – Мы совсем недавно прибыли на Арпадан, не успели толком обжиться, никуда улетать в ближайшие годы не собираемся. У нас всё хорошо.

– И у Вилли будет всё хорошо! – почему-то уверенно заявила я.

– Может быть. Но родителей-то у него никогда не будет.

Мама тихо заплакала. И мы втроем обнялись.

Вундеркинд

Вскоре после меня в школе появился еще один новенький ученик. Парой классов старше. Трудно было его не заметить. Высокий, с золотистыми вьющимися волосами, синеглазый, одетый в какой-то ультрапродвинутый комбинезон, менявший цвет в зависимости от окружающей температуры.

Ах, какой парень! Похожий на средневекового рыцаря или на ангела. Мое сердце, которое раньше было нечувствительно к миловидным юношам, вдруг встрепенулось. Этот мне сразу понравился.

«Хамелеон!» – припечатал его язвительный Питер. Может, он не хотел обидеть парня, просто сострил, не подумав. Но я из чувства справедливости возразила: «Зачем ты так, мы же не знаем, какой он на самом деле». – «Ну, тогда подойди и узнай!» – хмыкнул Питер. – «Да запросто!» – брякнула я.

Дождалась перерыва, когда классные румы приводились в порядок роботами, а все школьники отдыхали кто в спортзале, кто в рекреации. Я думала, вокруг свеженького красавчика будет толпа, но ничего похожего.

А этот стоял один и либо в самом деле увлеченно следил по настенному монитору за переливами красок на поверхности Намму, либо делал вид, что его ничто другое не интересует.

Я подошла к новичку и сказала на космолингве:

– Привет! Ты здесь первый день? Давай знакомиться! Я – Юла из пятого класса!

Он медленно оторвался от монитора, с недоумением посмотрел на меня и ответил, выдержав паузу:

– Очень приятно. Терпеть не могу космолингву.

– А какой язык тебе нравится?

– Meine Muttersprache ist Deutsch, – снисходительно сообщил он. То есть, дескать, я немец.

– Ach, so! – тотчас переключилась я на немецкий.