Письма Звёздному императору

А иерофантом вправе стать только тот, кто заранее избран вышестоящим наставником и прошел у него надлежащее обучение. Здесь, в Уллинофароа, иерофанты имеются в Императорском дворце, они входят в штат музейных сотрудников и получают жалованье. Но, помимо государственных церемоний, они проводят и частные, это не возбраняется и даже приветствуется.

Ни один иерофант никогда не станет требовать платы за ритуал и даже намекать на какое-то вознаграждение. Однако после всякой церемонии полагается преподнести ему щедрый подарок на память.

Иногда такие дары по стоимости намного превосходят казенное содержание живых реликтов древней уйлоанской религии – религии Общего Очага.

Жилище Майвэев – не скромный особнячок, а просторная вилла в пригороде. Добираться нужно частным транспортом, пешком далеко, а рейсовые раллины ездят сюда нечасто и забиты битком. Пришлось нанять байсун с водителем, чтобы прибыть на место вовремя и выглядеть не очень помятым.

В ожидании церемонии гости собирались на лужайке перед домом, украшенной светильниками с пляшущим в круглых стеклянных колбах огнем.

От светильников исходило тепло, а для защиты от накрапывавшего дождя над лужайкой раскинули легкий тент.

Родители Лаона уже приехали – семейный байсун стоял у ворот. Старшего брата и старшую сестру, которые жили в Меннао со своими семьями, либо не пригласили, либо те отказались – дорога длинная, ночевать всем вместе в родительском доме тесно, снимать гостиницу дорого.

Лаона представили отцу и матери Аллуэна – господину Баллуэну и госпоже Эллайне Майвэй.

Они держались любезно, но несколько высокомерно. С Баллайной он чинно раскланялся, хотя она старалась изобразить приветливость. Аллуэн и Саинна непринужденно перемещались между гостями, ожидая знака к началу церемонии у очага.

«А где же мой новорожденный племянник?» – спросил Лаон у сиявшей от счастья сестры. – «Он с няней, в детской», – отвечала она удивленно. Неужели брат думал, что Саинна вздумает сама кормить и пеленать младенца? Благородные дамы семьи Майвэй должны принимать у себя гостей и блистать в порядочном обществе.

Бытовые заботы – дело прислуги.

Саинна даже не спросила, как поживает дочь Лаона. Он не обиделся. Сестре сейчас совершенно не до него. Но ведь и собственные его родители упорно продолжали делать вид, будто «девочки с маяка», Илассиа Саонс, не существует на свете.

Зазвучала священная чаша, издававшая нежный, но властный зов, извлекаемый из металлического ободка.