Двойник

 – И проходит реабилитацию. Мы с бароном Максимилианом Александром и твоей тетей Маиллой общались с ним дистанционно. Да, похож. Но поверь, для тех, кто помнит подлинного Ульвена, это зрелище с трудом выносимое.

– Так ведь я не застал его живым! Мне, наверное, будет не так страшно, как вам.

– Дорогой Ульвен, эту копию сделали и прислали сюда с несомненно враждебными целями, – сказала я, стараясь оставаться спокойной. – Двойник уже объявил о намерении восстановить все свои права. В том числе имущественные. И, как нам разъяснила Маилла, даже если настоящий Ульвен сложил с себя полномочия главы рода и отрекся от титула императора, он остался верховным иерофантом Лиеннской империи.

– А какой в них смысл на Тиатаре?

– Его ранг будет выше, чем ранг императрицы-иерофантессы. Значит, он получит доступ к священным реликвиям и к «Книге церемониала».

– Погодите! – вдруг сообразил наш мальчик. – Разве клона кто-нибудь обучал церемониям и посвящал в иерофанты? Если нет, то его притязания несостоятельны.

Здравомыслие принца ненадолго внушило нам чувство облегчения.

– Да, но он уверяет, будто он – настоящий Ульвен Киофар Джеджидд. И обязанность доказать, что он просто его биокопия, лежит на нас, – напомнила я, вернувшись к суровой реальности.

– Разве это так трудно? – удивился принц.

– Трудней, чем ты думаешь, – призналась я. – Наши неведомые враги смогли воссоздать не только физическую оболочку покойного, но также память о прошлом, манеры и в какой-то степени личность.

– А мы не можем сами этим воспользоваться? – предложил Ульвен.

– Каким образом? – спросила Иссоа.

– Обратить зло в добро! – ответил ее изумительный сын. – Мама, я, пожалуй, попробую! Если ты разрешишь.

– Возвращайся на Тиатару, посмотрим, – уклончиво проронила она.

– Конечно, мама! Как только починим двигатель.

– Чудо, что ты обратил внимание на необычные призвуки, – сказала я.

– О, госпожа Хранительница, это вышло само собой! Я ведь слышу частоты, которые скрыты от обладателей обычного слуха! Даже господин барон Карл не заметил, хотя он скрипач, а у них очень чуткие слуховые органы!

– Хорошо, дорогие мои. Будьте, пожалуйста, осторожны, – попросила я. – Надеюсь, что других неприятностей не случится.