Страна Серебряных гор. История про большую любовь и вселенское зло

И здесь королева перечить не стала, сил не было совсем. А с Гретой спорить…только время терять.

Несмотря на страшную усталость, королева долго не могла уснуть. Но когда она наконец уснула, ей приснился странный сон.

В пустом незнакомом зале Гера стояла возле королевского трона. Трон был из золота и сиял, как солнце. Кто-то разговаривал, и голоса гулким эхом отражались от сводчатого высокого потолка.

Гера огляделась – никого.

– Так вот она какая, Гера Кравская! Не красавица, но посмотри, какое благородное лицо, сколько в ней достоинства! Сразу видно, настоящая королева! – сказал женский голос.

– Не очень-то любезно обсуждать меня при мне, – вслух возмутилась Гера.

Голоса продолжали говорить, будто ее – Геры – здесь не было.

– Сильная женщина, – сказал мужской голос.

– Сильная? Да она даже не догадывается, какой силой будет обладать! – сказал женский голос.

– Скоро ли ждать? – спросил мужской голос.

– Как только минует Седьмой туман, если только не побоится. Хотя после случившегося чего уж ей бояться, – с усмешкой сказал женский голос.

– Эй, кто здесь? – громко крикнула Гера.

Гера крутила головой, пытаясь увидеть говоривших, но никого не было. Потом вдруг сверху полетели сверкающие хрустальные капли, закружились вокруг Геры, зазвенели. И так легко и хорошо ей стало, что она сама, смеясь, закружилась в странном танце.

Проснувшись утром, королева крикнула Грету.

– Доброе утро, Ваше Величество! Наконец-то хоть выспались как следует! Даже я не припомню, когда такое было, чтобы вы – и до обеда проспали! – сказала весело Грета.

– Как до обеда? Разве не утро? – Гера смотрела удивленно.

– Полдень уже, – Грета улыбалась.

– А чего это ты такая веселая? – спросила Гера с подозрением.

– С вечера сети поставили, а утром такой богатый улов оказался! На несколько дней всем хватит! Вот уж расщедрился морской царь! Рыбки послал отборной!

Королева вышла на палубу, щурясь от яркого солнца. Люди занимались своими повседневными делами: мыли, чистили, готовили еду, штопали одежду.

Дочка кузнеца, хорошенькая и озорная девица лет двадцати, стирала в бочке отцовскую рубаху.

– А что, Маха! И в море жить можно! – весело сказал ей сын булочника Никола.

– А то! Везде люди живут! – смеялась Маха в ответ.

– Тогда чего ждать? Замуж за меня пойдешь? – он подмигнул и игриво толкнул Маху.

– Нет! – Маха захохотала. – За тебя не пойду, уж больно ты толстый! – она опять захохотала и тут же была облита холодной водой.