Злоба дня. Публицистика

А вот и новые кадры, ещё сто лет прошло: всё меньше крестьян на своей земле, всё больше в найме, а монастырь какой вознёсся посреди их остатков, боже мой – с белыми воротами, церквями, куполами, складами, а на полях вокруг трудятся крестьяне, а вся земля их уже принадлежит монастырю. И только Пахом и Ксенья остались на своей земле, и почему-то теперь им то колесо в телеге разломают, то сарай сожгут, то кучей приходят попы в роскошном шитье с наглыми просьбами отдать землю на «богоугодные» дела, а может продать по «совести», то есть даром!!! И уже одинокие посреди этого безумия Пахом и Ксенья склоняют бедные головы свои на дрожащие руки и говорят друг другу: «Что же нам делать теперь?»

Кончается наш фильм: Вот уже не видно никакого Пахома, не видно Ксении.

Их земля присвоена. Толпа детей Ксении и Пахома орудует граблями на чужом поле. Крепость белая посреди полей высится, а там далее не поднимая голов, тоже вкалывают рабы. И огромная куча священнослужителей в своей Трапезной пьют чай с вишнёвым вареньем.

Хэппи Энд по-христиански.

Конец.

Сольёмся в Едином Экстазе с Государством!

В течении нескольких веков церковь становится частью государства, и всецело участвует в его акциях, в том числе и преступных. Многие люди, особенно молодые не знают, и не хотят знать, что до 1917 посещение церкви было обязательным и на человека, по каким-либо причинам не посещавшего молитвы, поп писал доносы в полицию. Удивительна ли та ненависть населения, благодаря которой русский народ в ходе революции неукоснительно палил их церкви по всей стране? Неудивительна!

Нынешние идеологи списывают инициативы такого рода на большевиков, но это неправда – самому народу к тому времени так надоела эта государственная религия, что иного от него вряд ли следовало ожидать.

Думаю, что церкви сегодня следовало бы ни на минуту не забывать, что её никто не ждёт в большинстве семей и в школе. Чтобы в дальнейшем не иметь горьких последствий следовало бы вести себя как можно тише, не претендуя на «образовательную функцию».

Несколько Детских Вопросов к церкви

Я помню времена своего учения в школе и пламенные речи нашей классной руководительницы против всяких предателей, против власовцев к примеру, осмелившимся открыто в силу обстоятельств или своих убеждений помогать врагу. У нас не было никаких сомнений, что власовцы и другие «враги» – это плохо, и любой, сотрудничающий с врагом – тоже враг, достойный суда и казни.

Сейчас я так не думаю.