Хроники Клифбурга. Ткачи прилетели

– Что вы ребетёнка терзаете? – Изергиль Дмитриевна продолжала буравить следователей тяжелым взглядом. – У нее шок! Ничего она не видела! Ничего не знает. Ловите лучше преступников, вам за это деньги платят.

– Мы и ловим, – сдержанно ответил Голованов. – Для того, чтобы понимать, кто, каким образом и по какой причине совершил преступление или противоправный поступок, необходимо собрать как можно больше материала.

– Давайте мы сейчас с Олегом пообщаемся и вас отпустим, – миролюбиво произнесла Стеша. – Потом, как дети немного успокоятся, при необходимости, мы вас еще вызовем.

Когда девочка вышла, в кабинет зашел ее брат, упитанный парнишка с такими же, как и у сестры серыми глазами.

– Красава Олег Викторович. Семнадцать лет, – Голованов вертел в руках паспорт паренька. – Олег, что можешь рассказать о случившемся сегодня? Начни с утра.

– Мы утром с сестрой встали, бабушка нам завтрак сделала… Говорить, что было на завтрак?

– Спасибо, пропустим.

– Так вот, мы поели и бабушка пошла на работу.

– Я тебе повыражаюсь! – бабка пригрозила внуку сморщенным кулачком. – Всё отцу расскажу! Совсем от рук отбился, паршивец.

Отпустив подростка, Аджар решил пообщаться с пожилой женщиной.

– Изергиль Дмитриевна, – начал он, откашлявшись. – Я так понимаю, вы все вместе живете?

– Еще чего! У меня своя квартира. Что ж мы все в их трешке будем ютиться?

– А сколько в квартире еще проживают?

– Дочь моя с зятем и дети.

– А сколько всего детей-то было?

– Чёй-то было? Они и сейчас для нас дети… Двенадцать всего.

– Двенадцать? – Аджар попытался скрыть изумление.

– А чего? Это сейчас мода у людей по одному заводить, максимум – двух. Как кошек, ей-богу. Чем больше детей, тем проще старость у родителей. Помощников вон сколько будет.

– Гм, а родители-то когда вернутся?

– Через три дня.

– Надеюсь, дети до приезда родителей у вас поживут?

– Конечно, что за вопросы. Я не кукушка, своих не бросаю. Всё?

– Почти. Вот мой личный номер телефона. Мало ли ребята что вспомнят, позвоните, пожалуйста.

Подождав, пока старуха выйдет и закроет за собой дверь, Андрей повернулся к Стеше.

– Двенадцать! Двенадцать детей! А отец-то у них, реальный красава! Прям говорящая фамилия.