Летняя история

Я зачерпнул ладонью мелких насекомых, плавающих на поверхности, и выплеснул на землю, потом снял рубаху и с удовольствием умылся и вымылся по пояс холодной, еще не успевшей согреться на солнце водой.

– С добрым утром, Алексей Гаврилович! Как водичка?– Услышал я звонкий смех и голос Шурочки.

Меня трудно смутить, но я все же предпочитаю не появляться перед молоденькими девушками наполовину одетым.

– Доброе утро, Александра Юрьевна! Как спалось?

Шурочка, в легком утреннем платье, с живой розой в кудрявых волосах, жизнерадостно рассмеялась:

– Здесь всегда спится хорошо! Я люблю приезжать к бабушке Аглае.

Мне у нее все нравится. Алексей Гаврилович, Вы не забыли, что сегодня возьмете меня с собой на прогулку? Я не хочу сохнуть от скуки в кругу божьих одуванчиков.

– Это кого ты называешь божьими одуванчиками?– внезапно раздался неприятный визгливый голос.

Мы оба вздрогнули и обернулись, на нас неприязненно смотрела Фёкла. Невысокая, худощавая, внешне похожая на мелкую собачонку-левретку.

Злые глаза навыкате, щеки впалые, губы узкие, длинные. Платье серенькое, бесформенное, накидка белого кружева и такой же чепец.

– Я образно пошутила, Марго.– Миролюбиво сказала Шурочка.

– Куда это ты собралась с голым мужчиной?

– Почему это с голым?– Удивилась девушка.– Я собралась со своим братом и его другом прокатиться на лошадях. А что? Кто-то против?

– Это неприлично! Незамужней девушке кататься с мужчинами на лошадях! Я сейчас же обо всем расскажу твоей матери! Она плохо смотрит за тобой! А сейчас иди в дом! Нечего пялиться на голого!

Во время этого разговора я натянул на себя рубаху:

– Извините, мадам! Но Александре Юрьевне ничто не угрожает в нашем обществе! Наоборот, смею Вас заверить, что с нами ей быть гораздо безопаснее, чем в другом месте.

– Кого это Вы имеете в виду, милостивый государь? Уж не меня ли? Александра, иди в дом, там тебя Полина ждет. Я считаю, что ты должна быть больше с нею, чем цепляться к мужчинам!

Шурочка развернулась и ушла в дом, раздраженно вытащив из волос розу, и бросив ее на землю.

Старуха пошла следом за ней, продолжая читать нотацию. Я зачем-то поднял цветок, запах садовой розы очень сильный, одновременно сладкий маслянисто-медовый. В раздумье я поднялся к себе в мезонин и поставил розу в стакан с водой. Антон как раз проснулся, и сладко потягивался:

– Ты чего такой смурной? Или утро не солнечное? Или что случилось?

– Доброе утро. Все прекрасно, просто пообщался с Фёклой.