Вредность не порок

За забором стояла полнейшая тишина, никого не было видно, свет в доме не горел, что в принципе не особенно удивительно по причине позднего часа. Но машины, три джипа и четыре легковые иномарки, присутствовали, тёмной громадой перегораживая большую часть двора. Минут через двадцать наш интерес к соседнему участку начал уменьшаться, я стала украдкой зевать и подумывать: не накинуть ли на себя телогрейку, на которой сижу? Этот процесс прервала увесистая дождевая капля, с глухим чпоканьем упавшая мне на голову.

Я в удивлении посмотрела вверх, через несколько секунд над нашими головами сверкнула молния, почти сразу же отозвавшаяся громовым раскатом.

Мы вздрогнули и переглянулись.

– Ирка, – сказала я, – тебе не кажется…

– Кажется, – ответила она, – бежим!

Мы подхватились с места и, опережая налетевший порыв ветра, рванули к веранде. Едва мы успели захлопнуть за собой дверь, как по стеклам застучал дождь.

– Ну и лето, – буркнула подруга, – то жара, то холод!

– Ирка, – опомнилась я, – телогрейки-то мы не взяли!

Она досадливо крякнула, хлопнув рукой по боку.

Покосившись на залитое дождем стекло, махнула рукой.

– Ладно, дядька с тётей Леной всё равно завтра утром уезжают, не заметят. Я с утра в город с ними поеду, ресторан на вечер закажу, да мне к врачу надо, – она оглянулась на меня, – надеюсь, ты не собираешься сейчас бежать домой?

Я вздохнула, представив, что скажет завтра Стас, если обнаружит мое отсутствие, и покачала головой:

– Конечно, нет.

– Вот и правильно, – обрадовалась Ирка, – пошли спать!

Укладываясь рядом с подружкой на диван, я поинтересовалась:

– Вы во сколько встанете?

– Не знаю, – беспечно отозвалась та, заразительно зевая, – тётя Лена разбудит!

***

Я проснулась от холода и не сразу сообразила, где нахожусь. Повернувшись на бок, наткнулась на дорогую подругу, бесстыдно замотавшуюся в общественное одеяло. Протянув руку, я взяла со стула свою футболку и быстро надела.

Футболка была холодной и сырой, мне стало совсем зябко, и я предприняла попытку вытащить из-под Ирки одеяло. Мероприятие успехом не увенчалось, я плюнула и встала.

Взглянув на часы, почесала в затылке, понимая, что, коль уж проснулась, самое разумное было бы отправиться домой. Время четыре, бабка и та ещё спит. Я торопливо оделась и подошла к окну.

Дождь кончился, о нём напоминали только мокрые листья да лужи.