Вредность не порок

Пока она думала, мы успели зайти в галантерейный отдел, где Ирка купила иголки и напёрсток. Убрав в сумку завернутые в весёленькую серенькую бумажку покупки, она развернулась ко мне:

– Да рассказывать-то особо нечего… Помнишь этих… ну что вчера… когда Надькин воротник порвали?..

– Ну? – оживилась я. – Случилось что?

– Да нет же, – поморщилась Ирка, – ничего. Они ведь в семнадцатый дом приехали, к Савченко…

– К Савченко, к Савченко… – забормотала я, стараясь припомнить. – Это тот пацан, что записку написал?

– Вроде так…

– И что?

– Их участок с дядькиным углами соприкасается.

Те два дня ничего, нормально всё было, а вчера вечером веселиться принялись, беда. Наверное, как на пляже начали, так и остановиться не смогли! Здорово ты их завела!

– Вот ещё, я тут при чем?

– Не знаю при чём… Только вот! – Тут Ирка протянула мне сложенный вчетверо лист бумаги.

«Ирина Захаровна и Анастасия Игоревна! Уезжайте в город». Ни больше, ни меньше. Я покрутила листок и так и этак и взглянула на Ирку:

– И откуда это?

– Утром нашла.

На подоконнике.

– Почерк вроде тот же?

Ирка кивнула:

– Похоже.

– И что все это может значить?

– Откуда мне знать? Я только знаю, что это Володькин почерк. К нему, вернее, к его старшему брату, приехала братва…

– Сразу уж и братва… – засомневалась я.

– Нет, ты что, слепая? Ты их вчера плохо разглядела, что ли? И брат Вовкин, Вадим, прошлой весной только из тюрьмы вернулся. Это я точно знаю, тётя Лена с Валентиной Петровной дружит, что в пятнадцатом доме живёт, как раз рядом с Савченко.

А это, видать, однополчане его проведать приехали.

– А с кем они живут здесь?

– Да с бабкой, совсем уж старая.

– Неплохо было бы, конечно, с этим Володей поговорить.

– Правильно, – с сарказмом в голосе поддакнула Ирка, – сходи к ним, сходи. Не забудь со вчерашними мальчиками парой фраз переброситься. Особенно с тем, с седым.

Я задумалась. Вожак этой весёлой стаи весьма доходчиво посоветовал мне на глаза им не попадаться.

Да и мне самой, если по совести, этого не очень хотелось. Хотя кое для кого я бы сделала исключение… Так, опять меня заносит. Он ведь Надьке весь воротник начисто оторвал, значит, сукин сын. Но… Стоп, никаких «но»!

– Ты же ничего не знаешь! Ко мне вчера родители приехали. И мама записку нашла в сумке. А она, знаешь, как к этим вещам относится? Думала, не отобьюсь. Сегодня утром они с папой уехали, оставили здесь Стаса с букетом инструкций.