Вредность не порок

– Ох, ты! – запричитала бабка, сунувшись к окошку. – Откуда ж ты, хлебалка, взялся? Ох, положит же всё!

Схватив непромокаемый плащ, бабка Степанида рванула прочь из горницы. Следом за ней пошёл Стас.

– Игорь! Они вдвоём не справятся! – воскликнула мама.

– И то! – отозвался, натягивая резиновые сапоги, папа.

Как только за ним закрылась дверь, мама развернулась ко мне и сурово спросила:

– Ну? И что здесь происходит?

Я опешила.

– А… Ужин, потом гроза…

– Не юродствуй! – строго оборвала меня мама.

Не сводя с меня сердитых глаз, она, словно фокусник, извлекла откуда-то скомканный листок, развернула и сунула мне.

Впору было присесть и начать рвать на себе волосы. Как я могла? Хотя в той спешке, в которой мы летели с пляжа, можно было забыть и не такую малость. Весь ужас моего положения состоял в том, что мама слишком серьезно относится к подобным вещам и спорить с ней бесполезно.

– А это? – Она сурово указала на мою ноющую руку, которую я поспешно спрятала за спину.

– Маму-уся! – тоскливо заныла я. – Это же просто шутка! Честное слово!

Без подготовки трудно было врать что-либо убедительное, но и останавливаться тоже было нельзя. Поэтому я на ходу сочиняла рассказ, что мы так веселимся с подружками, меняем почерки и для смеха пишем с ошибками.

– Ты хочешь, чтобы я сейчас надела сапоги, плащ и их навестила?

– Мама, мне не три года. – Я повысила голос, прекрасно понимая, что девчонки не ответят на вопрос одинаково.

Ира тут же поделится своими мыслями об этом Володе, а Надька наплетёт такого, что сам чёрт не разберётся.

– Ты знаешь, кто это писал?

– Мам, ну это же ерунда! Прекрати, опять весь дом на уши поставишь! Ну что здесь особенного? Чего ты переживаешь-то?

– Малышик…

– Я не малышик!

– Стасенька, поверь мне. Такие «шутки» добром не кончаются. Сейчас лето, поедем в Москву! Ты уж сколько там не была! Всё здесь торчишь! Неужели даже не соскучилась?

Видя, что мама немного сбавила обороты, я миролюбиво ответила:

– Никуда Москва от меня не денется.

Прения продолжались. Мама находила всё новые и новые причины, чтобы увезти меня с собой, я также старательно приводила доводы, почему должна остаться. Возвращаться в раскалённую пыльную Москву совсем не хотелось.

Наконец вернулись из огорода бабка Степанида с мужчинами.