Беги, Люба, беги!

А с кем я разговариваю?

Но в трубке уже пикали короткие гудки.

«Ну и ну… – удивилась я, в недоумении моргая на телефонный аппарат. – Кто же это был? Может, нас разъединили? Какой дурак спрашивает про здоровье, а потом молча швыряет трубку?»

Я постояла в коридоре ещё немного, гадая, не перезвонит ли неведомый абонент снова. Телефон молчал. Я пожала плечами и пошла на кухню.

***

Надев, чтобы не скользить, замшевые ботинки на толстой резиновой подошве, я покрепче затянула шнурки, выпрямилась и взглянула в зеркало.

Лидка уже ждала на остановке. Издалека приметив ее съёжившуюся от ветра фигурку в красном развевающемся балахоне, я прибавила шагу.

– Тю-ю! – протянула подруга, окидывая меня удивленным взглядом. – Чего одна? Не пошёл, что ли?

Собрав всю силу воли, я равнодушно пожала плечами:

– Олег уехал в срочную командировку… Всем передавал привет.

Лидка торопливо отвела взгляд и, подхватив меня под локоть, двинулась к подъезжающему автобусу.

Возле ступеней школы топталась радостная возбужденная толпа. Человек тридцать взрослых тётенек и дяденек оживленно жестикулировали, подпрыгивали, визжали, гоготали – словом, вели себя сообразно моменту.

– Наши… – замирая от восторга, выдохнула Лидка.

В следующее мгновение толпа, заметив нас, развернулась и взвыла:

– Вельниченко… Медведева… Ура!

Нас обступили со всех сторон, вереща и теребя за руки, и ещё минуту назад чужие лица вдруг снова стали родными и легко узнаваемыми.

Когда первая волна восторгов и вопросов схлынула, мы наконец смогли как следует оглядеться. Вскоре я увидела нашу учительницу литературы Марию Андреевну, которая узнала меня моментально.

– Так, так, так… Кто же это у нас? Неужели Любушка Медведева?

Я растянула губы от уха до уха, и скромно потупилась.

– Так и есть, Медведева! – довольно воскликнул историк. – Чем же ты занимаешься?

– Медицинский окончила, – снова улыбнулась я. – В поликлинике работаю.

Учителя в два голоса принялись мной восхищаться.