Птичка

С ужасом вспоминаю, как она сначала прыгала по комнате, потом покачиваясь, начала расхаживать со стороны в сторону, словно гигантский слон, и так громко орать: «Жозефина! Сколько можно! Я – Жозефина!»

– И-и-и?

– Что, и-и-и?! – возбуждённо произнёс художник. – Я, конечно же, не вернул ей свои сигары. Вот только кто мне будет приносить новые? Покупать – слишком дорого. У меня денег на краски то и нет, приходится довольствоваться карандашом.

– Интересно, – произнесла Розали, раздумывая совсем об ином.

Спустя несколько минут она сказала:

– Как давно ты выходил на улицу?

Месье Валентайн призадумался, покосившись на открытое окно.

– Около месяца тому назад я выходил… Да! Но всего лишь на несколько минут: соседский кот так громко выл, я никак не мог сосредоточиться на искусстве. Сначала я долго целился в него пустым скрученным тюбиком из окна, но потом вышел на улицу и запустив в него лакированными башмаками сына моей соседки-старушки мадам Луизы Шарби. Он разулся перед входной дверью и оставил их в подъезде.

Вот он странный! Как же он громко стучал своими каблуками, как американский степист!

Художник поманил девушку к себе рукой. Та, не задумываясь, медленно подошла к нему и присела на стульчик возле кресла.

– Он до сих пор думает, что их украл какой-то Жерар, который помадит волосы. Не слышала о таком? – прошептал Валентайн.

– Ну, как так можно, – ласково проговорила девушка. – Этот мужчина ничего тебе не сделал плохого.

– Ты бы видала его лицо, когда он снимал свои ботинки.

Оно было таким горделивым и гадким. Я бы никогда не подумал, что он сын мадам Луизы Шарби. Она единственная из жильцов этого дома, кто ещё никогда не ругал меня за мои выходки. Ну, не считая, конечно, того малыша Фредерика, который появился на свет три месяца тому назад.

– Мне кажется или ты заговариваешь мне зубы?

– Свежего воздуха мне достаточно.

Девушка улыбнулась и произнесла:

– Скорее одевайся!

– Ты хочешь выгулять меня?

– Если бы, – рассмеялась девушка.

 – Если бы ты был собакой, то ты бы, верно, сам тянул меня на прогулку. Скорее! Скоро стемнеет.

– Я столько раз видел ночной Париж…

– А представь, что ты впервые в Париже. Куда бы ты отправился тогда?

Недолго думая мужчина приподнялся с кресла и ответил:

– К Эйфелевой башне, конечно же!

Спустя каких-то сорок минут они уже вместе прогуливались вдоль проспекта Сюффрен.

Вместе они смотрелись очень мило и забавно.