Последняя любовь лорда Стентона

Любопытно, это стоит дороже? Так, дальше: «Разве это по-доброму? Разве справедливо? Если ты не ответишь мне до среды, я вырву тебя из сердца и уничтожу воспоминания о твоей улыбке. Орландо». Объявление опубликовано три недели назад, среда уже прошла, а мы так и не узнаем, нашла ли Мария Орландо или выбрала кого-то не столь вспыльчивого. По моему мнению, жизнь с человеком, выбравшим заглавные буквы, может быть утомительной. О боги, вот еще хуже! «Для П. Если бы ты знала, в каком я горе и отчаянии, ты не подняла бы на меня глаз.

С тобой мне легче пережить любые трудности. Оставшись один, я стал слабым. Малейшее проявление сочувствия могло бы исцелить боль. С.Б.» О боги. Что ж, очень смело так открыто говорить о своей боли, хотя я, пожалуй, никогда бы не смогла написать подобное.

– Нытик.

Газета едва не выскользнула из ее рук. Кристина окинула взглядом комнату в поисках источника звука и только потом осознала, что это произнес англичанин. Он действительно очнулся. Не бредил, как несколько раз за неделю, а говорил и смотрел осознанно.

Более того, взгляд был острым, словно клинок.

– Черт возьми, где я?

Кристина не сразу смогла ответить. Пульс стал таким же частым, как у больного в лихорадке.

– На Иллиакосе, – наконец произнесла она.

– Илли… Черт, вспомнил. Шторм. В нас стреляли.

– Решили, что вы пираты, – добавила Кристина. Вполне миролюбиво, помня о приказе короля.

– Мы шли под флагом Мальты, это же ясно как день.

– Да, но он был совсем не ясным. Этот день.

Мужчина пошевелился и застонал.

– Да. Помню. Страшный туман. Мы сели на мель. Почему ты читаешь колонку объявлений? К тому же вслух.

– Король Дарий приказал читать вам английские газеты. Полагал, что это поможет вам прийти в себя.

– Эта чушь кого угодно заставит очнуться. Не представлял, что люди могут писать такое.

– Для них это не чушь. Каждый, кто решился открыто говорить о чувствах, заслуживает уважения за смелость, хотя подобный поступок можно и не одобрять.

Губы мужчины шевельнулись и слегка растянулись в улыбке.

Это был первый раз, когда она видела эмоции на его лице, и пульс, едва выровнявшись, опять пустился в галоп.

– Я сейчас и собой не очень доволен, потому не претендую на право судить других.

Кристина покраснела. Ей следовало не спорить, а сразу позвать доктора и вести себя разумнее, но она никак не могла оторвать взгляда от его глаз – насмешливых и хитрых.

– Чтобы вы знали, я уже прочитала все статьи о политике. Дважды.