Роковой поцелуй

Лорд Синклер был в костюме для верховой езды, однако светлые лосины и темно-синий фрак сидели на нем с той же элегантной небрежностью, с какой он носил любую одежду. В очередной раз ее поразила нескрываемая властность его лица и фигуры. В ее гостиной он выглядел совершенно неуместно… Как, впрочем, и в ее мире.

– Какого… Что все это значит? – осведомился он, и Оливия, преодолевая неловкость, переступила порог.

– Это списки.

– Вижу. Но почему их так много? И как вам удается сделать так, чтобы они не падали?

– Я наклеила сукно на пробковую панель, а листки бумаги прикалываю швейными булавками.

Раньше я раскладывала списки на полу, но они вечно путались… Как вы сюда вошли?

– А веревки? Как будто сумасшедший паук пытался сплести здесь паутину.

– Они помогают мне разобраться, что с чем связано. Мне так лучше думается.

– Если ваша голова внутри похожа на эту стену, помоги вам небо.

– Вы пришли для того, чтобы меня оскорблять, или у вас имелись другие причины вламываться ко мне в дом?

– Я не вламывался, а вошел через боковую дверь.

Советую вызвать слесаря; пусть сменит ваш устаревший замок на более современный. Вы сказали, что ваша гостья придет в пять часов? – Лукас прошел вдоль стены, и она с трудом удержалась от порыва сорвать все списки, не давая ему их прочесть. Во-первых, он наверняка считает, что у нее не все дома, а во-вторых, ей не хотелось, чтобы он их читал. Однако ему хватило любопытства прийти…

– Да. Я как раз готовила для нее комнату. Вы пришли мне помешать?

– Нет.

– Зачем же в таком случае?

– Из любопытства. Никогда в жизни не присутствовал на сеансе оккультистов. Я расширяю свой кругозор.

Он подошел к той части стены, которую она посвятила его отцу, и Оливия напряглась в ожидании. Правда, не так много ей известно; пустых мест гораздо больше, чем в списках, посвященных Генри Пейтону. Впрочем, даже скудные сведения об обстоятельствах его смерти, которые узнал Мерсер, способны разозлить гостя. Лукас молча прошел вдоль стены и направился к столу.

– Как, опять списки? «Знаменитые оккультисты»… Кто такая мадам Булгари?

– Это я. Цыганка Сью помогла мне придумать имя; она сказала, что иностранные имена звучат внушительнее. А остальное я взяла из книг.

Лукас взял со стола книгу и, полистав страницы, удивленно поднял брови.

– Общение с потусторонним миром… Барон Литтлтон… кажется, он был членом парламента?

– Понятия не имею. Пожалуйста, не перепутайте бумаги.