Безрассудные. Книга 2

– Прошу прощения за опоздание, – слегка смущаясь, проговорил Эван, медленно направляясь в сторону Эдди, который крепко держал за плечи его встревоженную мать. – Мама, прости, если заставил тебя нервничать. У Шэннон оказались срочные дела в редакции.

Марина перевела непонимающий взгляд на скромно потупившую взор девушку, затем обратно на своего сына.

– Я думаю, не имеет смысла представлять вас друг другу. Мама, ты же помнишь Шэннон? Вы однажды встречались в нашем баре.

Наконец, до Марины начинал доходить смысл всего происходящего.

Она сфокусировала взгляд на стоявшей перед ней девушке. Она была без очков, длинные русые волосы аккуратно уложены, стройную фигурку и узкие бедра подчеркивали прямые, идеально сидящие на ней джинсы, а личико с фарфоровой кожей и носиком кнопкой украшали невероятные синие глаза, которые сейчас испуганно смотрели прямо на Марину. Шэннон Милн, журналистка The Sun! Последние кусочки пазла встали на место, и Марине явилась полная картина всего происходящего.

– Мы с Шэннон встречаемся, – вкрадчивым голосом произнес Эван, вглядываясь в лицо Марины, будто пытаясь прочитать ее мысли. – Уже какое-то время.

– Какое-то время, – отозвалась Марина. Она удивленно перевела взгляд с Шэннон на смущенно рассматривающего носки своих кроссовок Эвана.

– Добрый вечер, миссис Бэл, очень рада Вас видеть, – бодро произнесла девушка, стараясь не выдать явного волнения, и протянула Марине руку.

– Рада видеть, – странным голосом повторила Марина, снова переводя ошарашенный взгляд на девушку. Она с подозрением уставилась на протянутую руку Шэннон, как на тикающую бомбу.

– Марина, ты эхо? – раздался добродушный голос у нее из-за спины, и женщина медленно обернулась на Эдди, который широко улыбнулся и пожал вместо Марины протянутую руку девушки, подмигивая Эвану. – Привет, Шэннон, рады тебя видеть. Наконец-то, все в сборе и можно сесть за стол.

– Ты знал? – почти прошипела Марина, но Эдди неожиданно резко покачал головой и строго посмотрел на нее. От этого взгляда у нее окончательно отнялся язык и она сделала большие глаза.

– Мы будем милыми, добрыми и снисходительными друг к другу, родная, – Эдди развернул Марину лицом к себе и, положив руки ей на плечи, заглянул в глаза как профессиональный гипнотизер.

Марина открыла рот, но не смогла выдавить ни звука, лишь ловила воздух ртом как рыба.