Безрассудные. Книга 1

Джозеф покосился на Эдди, стараясь понять, что делать с этим бунтарем и как отвлечь от мыслей, которые возникали в его творческой голове и которые тот бережно взращивал на полях своего тонко организованного, поэтического внутреннего мира. Джозеф прекрасно знал Эдди, он видел, как парень вырос из тинейджера в человека, которым был сейчас. Они были закадычными друзьями до того дня, когда Джозефу пришлось принять всего одно решение. Он до сих пор свято верил в то, что сделал все правильно, однако это испортило их отношения.

Проклятая женщина, которая не должна существовать.

Глава 6

Хлои стояла возле машины в ожидании Эдди, нервно теребя в руках незажженную сигарету. Она ругала себя за несобранность. Все, что ей сейчас нужно, это одна глубокая затяжка, но в сумке не нашлось зажигалки.

Эдди хмурился и, как ей показалось, был чем-то расстроен, когда она поправляла ему легкий грим перед последним интервью. Он сказал, что хочет провести эту ночь у нее, и Хлои не смогла ему отказать.

Она любила Эдди. Он был классным парнем, – искренним, веселым, обаятельным раздолбаем, и в то же время мудрым и не по годам взрослым. Женщина вздохнула и с сожалением посмотрела на сигарету в руке.

– Иногда я испытываю острое желание сделать пару затяжек, – Хлои подскочила на месте, услышав бархатный голос, такой до боли знакомый и одновременно забытый. Она резко обернулась и оказалась лицом к лицу с Мариной Бэл. Женщина махнула рукой в приветствии и щелкнула зажигалкой.

– Собираетесь на афтепати?

Хлои отрицательно покачала головой, жадно затянулась и выпустила длинную струйку дыма, медленно растаявшую в воздухе.

– Никаких вечеринок, мы вымотаны до предела.

Марина коротко кивнула. Хлои окинула женщину пристальным взглядом и многозначительно усмехнулась.

– Выглядишь прекрасно, и костюм у тебя… великолепный.

Хлои подмигнула ей с заговорщицким видом, и Марина лукаво улыбнулась в ответ.

– Его новая стрижка… Твоя работа? – поинтересовалась Марина. – Какой неожиданный поворот. Он стал выглядеть еще моложе, – ее улыбка погрустнела.