Задержавшиеся

В его жене, Итавии, наоборот, не было ничего заурядного, особенно если учитывать её возраст. Чувственные губы, чёткий овал лица, яркие зелёные глаза и чёрные волосы без намёка на седину. Она вполне заслуживала титул одной из красивейших женщин королевства. Осмотрев меня, Итавия наклонилась к сыну, несомненно, предупреждая Одама держаться подальше от очередной провинциалки, надеющейся выйти замуж. Будучи претендентом на престол нашего королевства Шиан, Одам был одним из подозреваемых в покушении на короля. Он походил на мать, с таким же угловатым лицом, высокими скулами и безупречными чертами.

В тёмных глазах, да и во всём его лице, сквозила надменность. А ведь ему всего девятнадцать. Говорят, Итавия вышла замуж за герцога сразу после смерти первого мужа. Магда тогда была совсем малышкой.

– Я прочитал письмо твоего отца и знаю, за что он меня благодарит, – хохотнул герцог. – Помоги, говорит, сбыть с рук Джулию, а то самому лень этим заниматься. Вот так всё время: как заводить дочерей, так все сами, а как замуж выдавать, так ко мне за помощью.

Присылают мне незамужних девиц, как мясо на продажу.

Придворные отозвались дружным и весёлым смехом.

Приняв мой гневный румянец за девичью стыдливость, герцог поцокал языком.

– Да ладно, не волнуйся, выдадим тебя замуж! – Его сальный взгляд пробежался по моей фигуре, и я поёжилась.

Одам без стеснения разглядывал мою скрытую под платьем грудь. Итавия не сводила глаз с сына. Её ничуть не радовало его внимание к провинциальное девице, даже если у той огромное приданое и магический дар в наследство.

С трудом подавив волну неприязни, я вернулась к еде. Тушёным баклажанам от меня досталось, я кромсала их от души.

Убедившись, что герцог оставил меня в покое, Магда наклонилась ближе, и на меня посыпались всевозможные сплетни о лучших холостяках сезона. Главным претендентом на руку Магды оказался Джереми, который славился красивыми губами и выразительными руками. Не спорю, губы у него оказались вполне приемлемыми, но налеплены они были на слишком самодовольное лицо.

А руки… единственное, что они “выражали” в данный момент, – это интерес к паштету.

Ну какая, скажите, из меня девица на выданье, если я не воспринимаю придворную жизнь серьёзно?! Сарказм опасная вещь, особенно если вырывается наружу без предупреждения. Может, я и сдержала норовящие вырваться шутки о лучших холостяках сезона, но сидящий рядом с Магдой темноволосый мужчина заметил мою презрительную усмешку.