Темной-темной ночью…

– Ну, зачем же всех! – сощурился он. – Всех не надо. Это сделал кто-то один. Кто-то, кто четко знал, что деньги – в банке с сахаром.

Улики уликами, однако, по-настоящему меня сейчас волновал только Павлик.

– Вы мне разрешите вернуться к сыну?

– Конечно, конечно…

Павлик сидел в прежней позе, шевеля губами.

– Послушай-ка, малыш, – я присел рядом. – Ты ведь любишь сериалы про всякие приключения, да? Сейчас ты сам попал в небольшое приключение. Будет о чем рассказать друзьям, согласен?

Он машинально кивнул, но согласия в его глазенках я не увидел.

– Вот что, малыш! – Я решил изменить метод. – Хватит нам с тобой горевать. Инспектор сказал, что обязательно поймает этого воришку. По-моему, инспектор очень даже толковый. Не хуже Шерлока Холмса. Вот и пусть ищет. А нам с тобой сейчас надо немного расслабиться. Не возражаешь, если я пойду и куплю тебе чего-нибудь вкусненького?

Он вздрогнул и крепко прижался ко мне:

– Нет, папочка, я не хочу оставаться один.

Меня будто током ударило от его прикосновения.

– Павлик, ты ведь знаешь, что я тебя люблю.

– Я тебя тоже люблю, папа. Тебя и маму.

– Вот что мы сейчас с тобой сделаем: пойдем в магазин вместе…

Договорить я не успел. В прихожей раздались торопливые шаги. Кто-то вошел с лестницы, ведь моя квартира, я уже говорил, превратилась в натуральный проходной двор.

– Завесов пришел, – услышал я чей-то голос.

Инспектор тут же вышел в прихожую. С минуту там продолжался какой-то тихий разговор. Как я ни прислушивался, но разобрать не смог ни слова.

Но вот инспектор снова появился передо мной. В каждой руке он держал по полиэтиленовому пакету. В одном пакете покоились огромные кеды, судя по всему, редкого 48 размера. К их ребристым подошвам прилипли кусочки торфа. В другом пакете находилась скомканная газета.

– Можете нас поздравить! – его холодные серые глаза лучились радостью победителя.

– Непременно сделаю это, как только вы найдете мои деньги!

– Найдем и деньги, а пока… Я же вам говорил, что наш вор – человек неглупый, но всё-таки дилетант. Кеды 48 размера, совершенно новые, он использовал для отвода глаз. Точнее, чтобы оставить следы на муке. Сразу же после ограбления ему нужно было избавиться от них, как можно быстрее.