Только не ты

Наказывал. Мстил.

Он знает, что меня подставили, но бремя скандала настолько невыносимо, что Гранду нужна ненависть. Другие чувства слишком слабы, несущественны. Я принесла ему скандал в чёрной кружке с надписью «Босс», а в ответ он унизил меня, размазал по ворсистому ковру. Мои извинения и комплименты он воспринял как манипуляцию, попытку вызвать жалость, и от этого возненавидел меня ещё сильнее. Ему плевать на этику: нет компании, нет правил.

Иногда мне до одури хочется пожаловаться на Александра, посмотреть на выражение лица Дороти из отдела кадров, когда я скажу, что директор поимел меня в кожаном кресле пятнадцатого этажа.

Но жаловаться не на что. Да, он воспользовался мной, но я сама предложила, сама себя обманула, сунула ему в руки свою влюблённую наивность.

Я не живу, а существую. С того момента, как вышла из кабинета на пятнадцатом этаже. Как спряталась в туалете и наспех надела лифчик. Как добежала до дома, не ощущая холода, и провела полчаса в душе. Безжалостно тёрла тело, впитавшее в себя следы Гранда.

Смыть его не удалось.

Стереть его из памяти не удалось.

Наивность вытекала из меня вместе с влюблённостью, они выходили слезами, солью, потом из каждой поры. Даже дыханием. Я выдыхала всё, что накопилось за последние недели, – восхищение, иллюзии, беспечность и доверие. Презирала нас обоих, но себя в большей мере. Сказала себе, что это дно. Мерзкий ил, грязь, предел, и теперь я могу оттолкнуться от него и плыть вверх.

Если ты случайно разрушила чью-то жизнь, где искать прощение?

Если человек отомстил тебе так мерзко, что впору выть, стоит ли считать это справедливым возмездием?

Получил ли Гранд удовлетворение от мести? Не думаю.

Когда ты горишь в недрах кошмара, одной мести, даже изощрённой, недостаточно. А значит, это не конец.

Я провожу время в своей комнате под обвиняющими взглядами соседок, под их злой заговорщический шёпот. Стажировка была их шансом заработать деньги и запустить карьеру. Если бы не скандал, они бы успели закончить обучение до продажи компании.

А теперь на работе царит хаос. Коллеги вроде рады разоблачению Гранда, а вроде нет. Продажа компании займёт долгое время, и многие предпочли бы провести его в счастливом неведении. Знать правду хорошо, но… не очень. А порой правда мешает.

Мне помогает адвокат, мою свободу не ограничивают. Есть только взгляды и шёпот за спиной. И невидимое клеймо причастности, которое запечатает моё будущее. Скоро я договорюсь о разрыве контракта и вернусь домой.