Анна, создающая королей

– Мои родители погибли при посадке катера, и военное ведомство отправило меня на остров учиться.

– При чем тут военные? – удивился клиент.

– Вот и мне это интересно. Возможно, это как-то связано с моими способностями. Я помню, как выглядит военный, который представил меня будущему наставнику. Кто-то из высших чинов. Я бы хотела его найти и задать несколько вопросов о прошлом, но чтобы мой наставник об этом не знал.

Клиенты узнавали обо мне по рекомендациям знакомых, а Нерон действовал в качестве посредника.

Как он это делал, неизвестно, но явно не раздавая визитки с надписью: «Анна, создающая королей. Лучшие услуги для вашей ауры». Я вообще с трудом представляла, как он общался с людьми, кроме как угрозами и приказами.

– Я нанял вас по совету главы военного ведомства и не знаю вашего наставника. – Задумчиво постучав по столу, клиент поднялся. – Я многим вам обязан, поэтому постараюсь помочь. В штабе есть открытый реестр с фотографиями тех, кто находился на службе в последние десять лет.

Я не могу показать вам личную информацию, но позволю пробежаться взглядом по фотографиям. Если вы найдете того, кого ищете, я вас познакомлю. Если нет, то не обессудьте, к закрытому реестру я вас допустить не смогу.

Мы сразу же поехали в ведомство. Я спешила, боясь, вдруг Нерон догадается, что я нарушила самое главное правило – ни с кем его не обсуждать.

Интересующую меня фотографию я нашла на удивление быстро. Клиент тут же выключил экран, отказавшись назвать имя мужчины.

– Сначала я должен узнать, согласится ли он с вами встретиться. Надеюсь, вы понимаете, что ради вас я балансирую на грани нарушения устава.

Я ждала, поглядывая в окно и боясь увидеть Нерона. Когда секретарь принес кофе, я вскрикнула от неожиданности, и он чуть не выронил кофейник.

– Вам повезло! – сказал клиент, вернувшись минут через десять. – Я связался с человеком, которого вы ищете, и он не возражает против встречи с вами. Димитри вышел на пенсию три года назад, вот его адрес.

Через пару часов я стучалась в дверь небольшого загородного особняка.

Я узнала военного, а он меня – нет. В его ауре не было ни страха, ни тревоги, только любопытство и спокойствие. Димитри Лауст не помнил ни безликого Нерона, ни гибель моих родителей, ни встречу с одаренным подростком. По его словам, за годы службы «всякое случалось», и ситуации смешались в его памяти. Либо он говорил правду, либо в его воспоминаниях изрядно покопались.