Звездочеты

Всё это время Халиль не уставал повторять, что он бережет трон для Пир-Мухаммеда.

При этом принц вместе со своей любимой женой полностью заняли царский дворец и вели себя, как полновластные государи.

Но вот Халилю доложили, что законный наследник переправился через Амударью.

Вопреки всем своим заверениям, самозваный правитель послал против него 30-тысячное войско во главе с Султаном-Хусейном.

Незадачливый наследник был отброшен в Северный Афганистан, при этом у победителя Хусейна развилось такое головокружение от успехов, что он снова посчитал себя достойным высшей власти и повел войска на Самарканд.

Халиль занялся подготовкой к обороне.

Да и Пир-Мухаммед, не собиравшийся выходить из большой игры, начал набирать новое войско.

Стоит напомнить, что все трое были по отношению друг к другу двоюродными братьями – членами одной и той же «крепкой» Семьи, питомцами одного и того же Дома.

И вот через считанные месяцы после смерти великого эмира в стране, которую ее создатель считал «образцовой державой», наступило то, о чем Тимур не мог помыслить даже в страшном сне – великая смута.

О борьбе, в которую включились законный наследник и двое самозванцев, хотя и царского рода, можно рассказывать очень долго.

Эта борьба шла с переменным успехом и имела множество драматических нюансов, пока всем не стало ясно, что ни один из претендентов не в силах одолеть двух других.

Словом, ложилась абсолютно патовая ситуация.

И вот тут-то нежданно для многих на арене событий появился богобоязненный, «тихий» Шахрух.

Младший сын великого эмира словно бы только сейчас вспомнил, что по своему положению он имеет больше прав на верховную власть, чем, по крайней мере, двое молодых самозванцев.

Итак, претендентов стало четверо.

В тот же период держава Тимура начала «усыхать»: от нее отпал Азербайджан с Тебризом, а также Ирак.

Под Тебризом жуткой смертью погиб Мираншах, и теперь Шахрух остался единственным здравствовавшим сыном Тимура, что, конечно же, существенно подкрепляло его претензии на престол.

Глава 12. ЗВАНЫЙ УЖИН

Когда я оказался уже в третий раз за последние дни во владениях Надыбина, у меня появилось стойкое ощущение, что я знаком с хозяином давным-давно и знаю о нем и его привычках решительно всё.

Сегодня в особняке царило непривычное оживление, собралась, должно быть, вся прислуга, включая приглашенный персонал.