Бизнес-план убийства

Вот вы рассказали мне об Инженерном кладбище, а ведь не подозреваете даже, что именно там я должен разыскать одну старую могилу…

– Чью? – невольно вырвалось у него.

– Всему свое время, дорогой Сидор Тихонович! Для начала я должен установить факты и передать телефонограмму в наш центральный офис. Там изучат мои сведения и через день-другой дадут ответ. Не исключено, что мне понадобятся свидетельские показания для оформления соответствующего акта. Ответьте мне честно, в таком случае я могу рассчитывать на вас?

– Да за милую душу! – воскликнул он, совершенно успокаиваясь.

Мы продолжили путь и в считанные минуты добрались до изгороди из жердей, за которой, как выяснилось, и находился двор дедушки Афанасия.

У простенькой калитки Груздев снова остановил меня:

– Совсем забыл вас предупредить. У старика неважнецкая память, особенно на лица. Но это не страшно. Вы прямо сейчас купите у него хотя бы даже за рубль какую-нибудь безделушку, ну, к примеру, пуговицу.

– Может, не совсем удобно проситься на ночлег к больному человеку? – засомневался я.

Груздев понял меня по-своему:

– Да он не опасный, тихий! Никакого беспокойства от его болезни вы не почувствуете!

– Ну, будь по-вашему.

Мы вошли во двор, типичный для Карповки: бревенчатый дом в полтора этажа с высоким крыльцом и резными ставнями, покосившиеся сараюшки и пристройки, поленница дров под навесом, общим с приземистой банькой, сирень и черемуха вдоль забора, далее – цветник, грядки, ягодный кустарник, яблони…

Хозяина заметили не сразу.

Дед Афанасий – худенький, щупленький, с всклокоченной бородкой и загорелой лысиной в венчике седых волос – стоял в углу двора и кормил домашнюю птицу. Его поношенная клетчатая рубаха была выпущена поверх грубых брюк, а старые, какие-то допотопные калоши он носил на босу ногу.

Похоже, дедуля неплохо приложился к знаменитой карповской клюквянке, ибо его движениям определенно недоставало координации.

– Тук-тук! – окликнул его Груздев. – Здорово, дед Афанасий! Как живется-можется?

Тот повернул голову, склонив ее набок, отчего сделался похожим на одну из своих хохлаток.

– Здравствуйте, господа-товарищи хорошие! – рассыпчатым тенорком ласково ответил он.