Люби меня

Чем ближе был конец года, тем спокойнее становилось на душе Софи, и нападки переносились почти безболезненно, по крайней мере, морально: "Скоро всё кончится, я пойду в университет, и навсегда забуду об Эдгаре и всей его шайке!" – думала она, наклеивая пластырь на порез, которая оставила Падма острой иглой от циркуля, якобы случайно.

– Порез не глубокий, швы не потребуются, – сказала медсестра Джус, убирая окровавленные бинты и вату.

– Спасибо, – улыбнулась Софи.

– Мне надо сходить к директору, ты можешь немного посидеть здесь, – сказала женщина, вставая со своего места.

– Спасибо, пожалуй, я так и сделаю, голова что-то кружится, – солгала Софи, она просто не хотела сейчас возвращаться в класс, где на её парте, скорее всего до сих пор, были капли крови.

– Голова кружиться? – медсестра Джус встревожено подошла и посмотрела ей в глаза. – Ты боишься крови?

– Да, немного… – снова солгала Софи, она не ожидала такой реакции, нет, просто не привыкла, что кто-то за неё волнуется в стенах школы.

– Понятно, – улыбнувшись, чуть сжала плечо Софи. – Если что, можешь прилечь на кушетку, вон там, – она указала на ширму, за которой, по всей видимости, и была кушетка.

– Спасибо. – Софи опустила глаза, ей вдруг стало стыдно.

Женщина вышла, а Софи вздохнув, подошла к окну. На поле играли в баскетбол, на трибунах сидели девушки, которые смеялись так громко, что было слышно даже здесь. Дверь позади, открылась, вздрогнув она обернулась, перед ней стоял немного запыхавшийся Эдгар.

– Медсестра Джун вышла, – сказала она зачем-то.

– Я не говорил делать этого, – сказал он, Софи непонимающе нахмурила брови. – Кто? – спросил он.

– Что?

– Кто на этот раз? – спросил он, но Софи снова не поняла, о чём он говорит.

– Я, пожалуй, пойду, – взяв свитер, она хотела уйти, но Эдгар успел взять её за запястье.

– Прости, – он поднял перед собой руки, а затем поднял на неё глаза. Такого она точно не ожидала, поэтому стояла, словно громом пораженная. – Я этого не хотел.

– А чего ты хотел? – она, наконец, смогла взять себя в руки.

– Ты прекрасно знаешь, чего я хочу, – его взгляд снова стал непроницательным.

– Я уже говорила, ты можешь это взять, с меня не убудет…

– Ты за кого меня принимаешь? – спросил он с усмешкой.