Друзьями нам не быть

Вот мне интересно – она повернулась и смело взглянула в рассерженные глаза родителя – Когда Ханна получает очередную награду, в зале тоже сидит дядюшка Бен? – Джес не дождалась ответа, хлопнув дверью, вышла из машины. Помахав рукой дядюшке, зашла в дом. Отец зашёл следом.

– Мы не договорили! – крикнул он.

– Мне больше нечего сказать, поговори с Ханной! – Ответила Джес и стала подниматься на второй этаж, надеясь, что отец просто отпустит её.

– Я устал с тобой бороться!

– Отлично, так может пора прекратить? Отпусти меня, наконец! Оставь в покое!

– Я думал твоё поведение – это способ привлечь к себе внимание! Думал всё из-за смерти мамы.

Думал у тебя депрессия, но это уже слишком…

– Привлечь к себе внимания? – остановившись, повернулась к отцу. – Если бы я хотела привлечь к себе внимания, я бы не использовала столь простые методы. А вот теория о депрессии мне понравилась. Да, пожалуй, у меня депрессия. Я скучаю по маме, скучаю по единственному человеку, который меня понимал!

– Так вот в чём дело, это всё из-за этого? – спросил он, и, кажется, немного смягчился, в его глазах мелькнула жалость.

Джес не ответила, да и, наверное, вряд ли можно было описать ту боль и пустоту, что поглощала её каждый день. – Нам всем её не хватает, – закончил он.

– Не хватает, значит? – она снова одарила его презрительной усмешкой. – Как там Надин поживает? – секунду-другую он молчал, но затем, вздохнув, ответил.

– Я уверен, мама бы хотела, чтобы я жил дальше и был счастлив. – Этими словами он будто дал пощёчину, обида снова накрыла с головой.

Захотелось подойти и ударить его, бить и быть, до тех пор, пока он не ощутит хотя бы часть той боли, что испытывает она.

– Мамы нет… всего год! А ты уже завёл себе новую пассию. Не слишком ли быстро? А может у вас всё завертелось раньше? Когда ещё мама была жива!

– Джессика!

– Не называй меня так! – её всегда бесило, когда к ней обращались полным именем. Вообще имя Джессика казалось каким-то старомодным, поэтому она всегда и всем представлялась просто Джес.

– Я больше не буду этого терпеть, и займусь твоим воспитанием, – заявил отец – Со следующего месяца ты становишься стажёром у меня в компании!

– Я так не думаю. – Покачала она головой.

– В случае твоего не подчинения, я продам «Жемчужину»! – сказал он. От услышанного, к горлу подступил ком, и глаза наполнились слезами.

– Ты этого не сделаешь. Не можешь,…не имеешь права, это ведь единственное, что осталось от мамы!

– Я сделаю это.