Охотники. Шторм

Всем было прекрасно известно, что Коди не оказался бы в ФБР, если бы пару лет назад его не притащил практически за шкирку Брут – обладатель того самого глубокого баса. Они познакомились на одной из охот, кажется, где-то в не самом благополучном зоопарке. Там то и дело пропадали люди, гибли животные – Коди, на тот момент ещё совсем мальчишка, работал на износ, пытаясь спасти раненых зверей. Руководство зоопарка теряло контроль над ситуацией, проблемы пытались скрывать, а не решать, всё, что могли, умалчивали.

Но, разумеется, это не помогало. Становилось лишь хуже.

В конце концов, когда ночного сторожа нашли убитым, а полицейским не удалось ничего обнаружить, в зоопарк отправили отряд охотников. Там-то, в разгар охоты, отправившись на поиски одного из раненых агентов, Брут и нашёл Коди: тот задержался в очередной раз до самой ночи, чтобы по часам кормить безнадёжно больного детёныша ленивца. И этот мальчишка, почти болезненно худой, в ужасной безразмерной медицинской форме, сумел вытащить на себе потерявшего сознание охотника в хлипкую деревянную постройку, где был вольер с животными.

Конечно, это было не самое мудрое решение: ведь призраки чувствуют живую энергетику, и такое скопление живых существ могло разозлить и заинтересовать мертвеца. Но Коди не был охотником. Коди был медиком – пусть и не человеческим, – и просто пытался помочь раненому.

Он порвал свою жуткую гигантскую футболку, которую ему выдали в зоопарке в качестве медицинской формы. Привёл агента в чувство – додумался, что заставить его закричать от боли будет не лучшей идеей.

Охотник должен был быть в сознании, чтобы контролировать себя. Обработал рану, перебинтовал – всё при неровном свете мигающего фонарика на стареньком телефоне.

Там-то, чумазого, забившегося в угол хлипкой деревянной постройки с детёнышем ленивца под порванной футболкой и с раненым агентом на руках, Брут впервые и встретил Коди. Разумеется, оставить его без помощи он не смог, и не только из-за долга службы – да, Брут был медиком, но всё же, в круг его обязанностей явно не входила постоянная забота о пострадавших гражданских.

Коди, в общем-то, и не пострадал, если не считать расцарапанного перепуганным ленивцем живота.

Но вот жизнь у него уже давно шла наперекосяк. Оставался последний год учёбы, однако родители почти что выгнали его из дома. Жить было негде, и парень пошёл работать. Неблагополучный зоопарк и крошечная комнатка возле него – всё, что у него было.