Поколение счастья

Я закрываю ладонями лицо и опускаю лоб на стол, поверхность которого приятно холодит кожу.

– Ну как, тебе понравился Кевин? – слышится знакомый голос.

Поднимаю голову и с удивлением обнаруживаю, что рядом стоит и терпеливо ждет ответа Инга.

– Кто? – переспрашиваю я.

– Кевин, – повторяет она. – Красавец-вампир. Ты же успела посмотреть фильм «Сильнее зова крови»?

– Конечно, – подтверждаю я догадку Инги, а затем продолжаю: – По-моему, он – дурак.

– Почему? – не унимается Инга.

– Сама посуди, Кевин спровоцировал собственное убийство охотниками, – говорю я со вздохом отчаяния, понимая, что легко от Инги отвязаться не получится. – И вообще кто ему позволил решать за любимую девушку? Пользуясь своим даром внушения, он заставил ее вернуться к бывшему парню, даже не спросив, хочет ли она стать вампиром, чтобы быть с Кевином.

– Ты ошибаешься. Он благородный и бескорыстный, поскольку осознал, что не может дать ей всего, чего она заслуживает, и пожертвовал собой ради ее счастья.

– Да, пожалуй, в твоих словах есть смысл, – задумчиво отвечаю я. – Спасибо!

Инга смотрит на меня огромными удивленными глазами, явно не понимая, чем вызвана моя благодарность ей.

– Извини, – произношу я, достаю из сумки блокнот, вырываю оттуда лист и пишу на нем большими буквами: «Нам надо поговорить. Буду ждать тебя после лекции возле библиотеки.

Сидя на лекции по семейному праву, я то и дело поглядываю на стрелки наручных часов, которые приближают встречу с лучшим другом Андрея, и стоит только прозвенеть звонку на перемену, как я срываюсь с места.

Проходит минут двадцать, прежде чем появляется Егор, притом с таким видом, будто сделал мне одолжение.

– Нехорошо заставлять девушку ждать, – с упреком говорю я ему.

– А по-моему, нехорошо так поступать с моим другом, – немедленно парирует Егор.

– Я и без тебя знаю, что за эти несколько дней наломала дров, – признаюсь я, – и должна все исправить.

– Молодец! Ну, а я-то здесь при чем?

– Пожалуйста, помоги мне вернуть доверие и любовь Андрея, – выпаливаю я и зажмуриваюсь, одновременно ожидая и боясь ответа Егора.

– Очнись, я не добрая фея-крестная, – говорит он, щелкая пальцами у меня перед носом.