Ради Любви

Но вернуть его на Землю не сможет даже он. Такое под силу только ангелу! Ты ангел лишь наполовину, но у тебя есть любовь и вера, помноженные на Силу, дарованную тебе при рождении отцом. Так используй их! Используй на полную катушку! Ты знаешь, Сила проявляется только в критической ситуации, неважно какой она будет, и ты должна будешь не пропустить момент. – Он взял девушку за руку, на которой, едва различимое, сквозь сеть линий до сих пор просвечивало черное перышко, и развернул ладонью вверх.

– Я верю, что у тебя получится вытащить Тайгера отсюда, и вы вернетесь домой. Но он будет другим. Не таким, каким ты его помнишь. И, чтобы достучаться до него, тебе и лорду Стайлсу потребуется много сил и терпения. Может случиться так, что я останусь здесь. И это перо, которое я когда-то дал тебе – единственное, что связывает нас с тобой. Если почувствуешь, что все аргументы исчерпаны и нет никакой надежды, позови меня.

– При чем здесь Дэйми?

– Ты все поймешь, когда увидишь Самаэля. Хватит рассуждений. Мы и так задержались на четыре года. – Он взял девушку на руки и пошел по широкой дороге из черного мрамора, навстречу неизвестности, молясь про себя, чтобы не было слишком поздно.

Когда они вошли в огромный, оформленный в готическом стиле холл перед тронным залом, личина человека слетела с Хаммона, точно пожухлая листва с осеннего дерева, возвращая ему облик Изуэля.

– Ты прекрасен! – шепнула ему в ухо невидимая Джейн, но Хаммон на комплимент лишь раздраженно дернул щекой.

Лишь мельком подумал, что начало его визита к Самаэлю, в принципе, обнадеживает. Его не встретила на пороге армия демонов, а бывший любовничек, прекрасно осведомленный о его приближении, в чем он был уверен, не стал баловаться дешевыми театральными эффектами, а всего лишь вернул ему прежний облик.

Хаммон опустил Джейн на пол.

– Ни звука! – едва слышным шепотом предупредил он. – Что бы ты ни услышала, что бы ни увидела, молчи. Говорить буду я.

Джейн едва успела кивнуть, а Хаммон запахнуть мантию, пряча её, высокие каменные двери в тронный зал гостеприимно распахнулись.

Князь Тьмы ждал его, скромно сидя в кресле у низкого столика, разглядывая на свет кроваво-красное вино в высоком бокале тончайшего хрусталя.