Герой моих снов

– Мэтр, – раздался вопрос из аудитории, – а какие ещё есть прямые признаки, которые путают с иносказательными?

– Хмм, – задумался на секунду немолодой эльф, – самый явный пример, пожалуй, сновидения. Если в пророческом сне вам видится лёд и снег, то при отсутствии связанных с этим тематических ключей, которые позволили бы придать вашему состоянию другое значение, можно предположить, что события сна будут происходить зимой. Ключами могут служить…

«Интересно, – попыталась вспомнить Тари, – почти во всех снах видится холод.

Значит, предсказанное должно произойти зимой. Скоро ли?». Она отвернула порозовевшее лицо, скрываясь от Эдгара. Но он думал о своём.

– Тари, – начал вдруг он, накрыв ладонью её руку, лежавшую на столе. Она удивлённо вскинула голову, – как насчёт…

– Лоботрясничаете? – прогремело над ними, и на лавку рядом с Эдгаром опустился магистр Тарнас, их непосредственный начальник. Он тоже заглянул на кофе перед рабочим днём.

– Никак нет, магистр. – Эдгар на долю секунды серьёзно посмотрел Тари в глаза и легонько сжал её пальчики, прежде чем отпустить и вернуться к образу жизнерадостного балагура.

Тари стало немного неловко, а от прохладного пожатия почему-то бросило в жар. Она спешно глотнула кофе.

– Мы оцениваем потенциал студентов и заодно поправляем знания по погодным предсказаниям, – отчитался Эдгар. Тарнас прислушался к речи мэтра.

– Ха, этой лекции лет пятнадцать. Вам должно уже самим такие читать. Лоботрясы, говорю. Вам только дай со студентами кофе пить да сплетничать.

Наверняка и работу бы на них свалили, наврав про исследования да про проекты.

На лице Эдгара появилось сосредоточенное выражение человека, осознавшего нечто крайне важное и выгодное. Магистр немедленно среагировал, грохнув кулаком по столу. У Тари слетел кренделёк с бокала, а мэтр Кел’Риан укоризненно покачал головой, сбившись с мысли.

– А ну не сметь! У вас половина документов – государственная тайна. Казню. Отдам ордену Строгости. Отправлю на посевные погодным магом.

– Нет, только не посевные.

Казните, сдавайте строгим, но не отправляйте на посевные. Нет ничего хуже помещиков и крестьян, жаждущих точных предсказаний погоды. Верно я говорю, Тари?

– А я бы поехала, – пожала плечами та. – В посевные ставка выше и надбавки за путешествия положены. И кормят хорошо, если деньги на погодника нашлись.

– Нет, Тари, – с сожалением ответил магистр, – тебя я в глубинку не пущу. Сожрут.

– Кто меня сожрёт?

– Ну, на юге известно кто.