Последняя ночь колдуна

А почему абсурд?

– Да на хрена ты ему сдалась? Ой, прости, пожалуйста!

Глаша криво усмехнулась.

– Не извиняйся. Ты права. Я слишком низко летаю, чтобы такой орел, как он, меня хотя бы просто заметил, не говоря уже о слежке.

– Вот и я о том же. Из того, что я прочла о нем, легко уяснить, что сейчас дела у него идут неплохо. Хватка у мужика осталась, и голова варит – дай бог каждому. Ты в сферу его интересов никак не вписываешься: не клиент, не партнер, не конкурент. Остается любовь с первого взгляда!

Они переглянулись и громко расхохотались.

– Это ты хватила! – покачала головой Глаша. – Я не топ-модель…

Валя скептически осмотрела ее с ног до головы и протянула:

– Положим, для топ-модели ты ростом не вышла. Насчет красоты ничего не скажу – девка ты симпатичная, но чтоб с первого взгляда и наповал, это вряд ли. – Валя немного помедлила, размышляя. – И все-таки, видимо, есть в тебе что-то такое, что может заставить мужчину броситься на огнедышащего дракона, имея на руках лишь портативный огнетушитель.

– Ага. То-то меня муж бросил.

– А кто сказал, что он мужчина?

* * *

Искать слесаря на следующий день подругам не пришлось. Явившийся под утро Гаврила – старший сын Вали – изъявил желание помочь делу своими руками. Им оставалось лишь заехать по дороге в магазин и купить новый замок.

Парень не соврал. И дверь вскрыл, и замок вставил, все как положено. Пока Гаврила ковырялся с замком, а Валя давала ему бесполезные инструкции, Глаша обошла квартиру в поисках чужого проникновения.

На первый взгляд все было на своих местах. И на второй, и на третий тоже. Глаша вздохнула с облегчением и отправилась на кухню, чтобы приготовить чай-кофе для всей компании.

Тут-то и поджидал ее сюрприз в виде двух чайных чашек, мирно стоявших в сушилке над раковиной. Чашки стояли на своем месте, но они были… мокрые. То есть не то чтобы совсем мокрые, так, несколько капель внутри, но Глафира точно знала, что этого быть не могло ни при каких обстоятельствах – сама она не пользовалась этими чашками дня три, предпочитая большую кружку в красных горошинах.

– Все, хозяйка, принимай работу! – весело возвестила Валя, врываясь в кухню.

Гаврила топтался позади матери и смущенно улыбался.

– Спасибо! – Глаша попыталась изобразить улыбку. Валя оценила ее потуги по достоинству и помрачнела.

– Эй, мать, ты чего такая кислая?

– Да я, Валь, даже не знаю, – замялась Глаша. – Чертовщина какая-то…

– Не тяни резину.