Горгона. Богини тоже ошибаются

Помог как всегда Нехта. Мы уже были в пещере, когда меня опять скрутило.

– Слишком рано, – выругался Тир.

– Уходи, – простонала я.

– Еще побуду с тобой.

– Нет, – раздался голос бабушки, потом немного смягчился, – все будет хорошо Тир. Отага сильная и родит быстро, уходи. Я побуду еще и уйду тоже. Как ты? – Это уже мне.

– Больно. – Прорычала я, бабушка побледнела и оглянулась на Тира.

– я этого боялась, кровь виарнов, она слишком сильна в Отаге, не так как в Арине.

Тир вытер пот с моего лба:

– Держись дочка все будет хорошо.

– Уходите, – прорычала я, срываясь на виарнский рык, – быстро.

Не знаю, что я чувствовала, но знала точно, что другим надо уйти. Когда бабушка и Тир ушли, мне словно стало легче.

Глава 7

Схватки шли по возрастающей и были очень быстрыми. С большим трудом я сняла тунику тонкие штанишки и легла на мягкий мох согнувшись в позе эмбриона. Старалась дышать и громко не орать, но рык все равно прорывался наружу, словно здесь не мелкая девушка рожает, а огромный дракон.

Не знаю сколько времени я пробыла в таком состоянии. Потом одна схватка превратилась в бесконечную, а боль прекратилась, но меня стало так выворачивать, что хрустели кости.

В какой–то момент услышала плач ребенка и в тоже время тело стало ломать страшной силой. Я чувствовала, как рвутся сухожилия, как кожу пробивают тысячи чешуек и в тоже время меня все также выкручивало словно потуги, еще не кончились.

Пищащая рядом дочь привела меня в чувства, стараясь не задеть ее увеличивающимся телом сползла с постамента. Сразу нюхом почувствовала такой родной и нежный запах своего ребенка. Маленькое белое тельце… она сучила ручками ножками и недовольно кряхтела. Я приблизила к ней свое лицо и тяжело вдохнула. Дочка скосила на меня черные как у отца глазёнки словно все понимая, очень серьезный взгляд. Белые саккараш мокрыми прядями тянулись ко мне. Я позволила им коснуться себя напитывая силой и вот уже сияющие объяли дочку в серебристый кокон.

Мне было все также плохо. Я протянула когтистые руки и рассмотрела серые чешуйки, на сколько я помню, кожа бабушки напоминала змеиную. У меня же скорей драконья, каждая чешуйка словно драгоценность, мерцала во мраке. Крупные, но тонкие с мелкими вкраплениями черного амрезита. Я посмотрела на свой хвост, но его не было.