(не) Любовные отношения

Народ тоже потихоньку подтягивался к столам, будто шли на запах. А он реально стоял на всю округу. В стороне от террасы около большого казана колдовал Петрович. Миха на все праздники всегда приглашал этого повара, после того как на одном из корпоративов он испробовал плов в его исполнении.

– Я такой плов последний раз в Узбекистане ел! – восторгался тогда Исаев.

И в принципе я был с ним согласен. Готовит Петрович знатно. Вот и сейчас он был весь красный, распаренный от костра. Но было видно, какое наслаждение мужик получает от процесса готовки.

Мы сели за столик, официантка сразу принесла приборы. Народу еще было мало, видимо, с утра пораньше появились самые стойкие. Слушая беззаботный трёп Исаева, я смотрел в сторону озера. В слова Михи не вслушивался, витая в своих мыслях.

Надо привезти сюда Роберта. Ему тут точно понравится. Представил, как сын бегает по поляне, и будто наяву увидел эту картину.

– Ты чего это лыбишься? – угрюмо спросил Исаев, вырывая меня из раздумий.

– Задумался, – отмахиваюсь я.

– Я тут перед тобой, можно сказать, душу открываю, – насупился Исаев. – А ты…

– Так о чем ты говорил?

– К Инессе говорю хочу подкатить. Че думаешь?

– К нашей бухгалтерше? – удивился я. – Ты ж ее Шапокляк за глаза называл.

Друг поморщился, будто сожрал лимона. Наклонился через стол ко мне ближе и громким шепотом затараторил.

– Ну да, было дело. Но это ж все почему, Вадь? Ты видел, она ж вечно вся такая холодная, неприступная.

Я покачал головой. Не заметил вчера Инессу на празднике, хотя я особо и не всматривался в гостей.

– Да вроде нет, не было.

– Вот! – философским тоном выдал Исаев и поднял указательный палец вверх. – А она тут! Только будто подменили ее. Волосы распущены, очки сняла, видать, на линзы сменила. Глазюки у нее, Вадь…

Исаев мечтательно закатил глаза, на его губах появилась глупая улыбка.

– Голубые-голубые! Костюмы свои бабские сменила, в платье каком-то была. Я на сцену когда вышел, сверху все разглядел в вырезе ее. Там такие дойки.

Я чуть не заржал в голос, так нелепо выглядел в этот момент Исаев. С взлохмаченными волосами, лицо после попойки помятое. Глаза горят безудержным блеском.

Только открыл рот, чтобы прочесть другу лекцию о том, что не стоит смешивать деловое и личное.