(не) Любовные отношения

– Сынок! Что ж ты не предупредил нас, – причитает мама, пока я звонко целую ее в морщинистую щеку. – Мы бы стол накрыли, а то и угостить-то тебя нечем…

– Ага, – отстраняюсь и хмыкаю. – Потому и не сказал. Знаю тебя, наготовила бы на роту солдат, как обычно.

– Ох, ну ты как скажешь, Вадик, – улыбаясь, махнула рукой мать. – Хорошо, что хоть Нюрка вон порося забила, у нас как раз холодец готов. И пирог вон подходит, с вишней, как ты любишь.

– Ну, вот видишь, – я достаю пакеты из багажника. – С голоду не помру.

– А то вон как исхудал весь, – качает головой мать. – Все никак простить себя не можешь, гложешь себя да поедом ешь…

Я сразу же мрачнею, но, стиснув зубы, молчу. Лишь одному человеку я позволяю поднимать эту тему безнаказанно – матери.

– Роберт спит?

Прерываю стенания матушки, а она качает головой. Смотрит своими янтарными глазами, точь в точь как у меня. От нее мне лишь глаза и достались, остальным в отца пошел. И сейчас в этих самых глазах жалость и тревога, пусть она и пытается это скрыть.

– Дрыхнет, – рассказывает мама, пока мы заходим во двор. – Вчера набегался с Полканом.

Тот самый Полкан, словно услышав, что говорят о нем, выбегает из-за угла и с визгом кидается на меня. Я едва сохраняю равновесие, когда тридцатикилограммовая туша пса врезается двумя лапами мне прямо в грудь. Воздух покидает легкие, а мама достает откуда-то чудом взявшееся полотенце и хлестает Полкана по заднице.

– Фу! Окаянный! Погляди-ка на него! Все щенком себя мнит, блохастый.

Пес радостно гавкает на мать, виляя хвостом. Полкан из породы двортерьеров. Я нашел его на мусорке год назад. Щенок лежал в коробке в куче тряпья и скулил. Кто-то из сердобольных жильцов оставил миску с едой, но было видно, что он к ней даже не притронулся.

Черт его знает, что сподвигло меня взять его и отвезти в ветеринарку. Может, взгляд малыша, который проникал прямо в душу и что-то там выворачивал… В общем, Полкана выходили, и я отвез его к родителям.

Теперь этот щенок вырос огромной черной махиной.

– Отец на рыбалке? – спросил мать, почесывая пузо пса.

– Пффф, а то ж! – фыркнула мама. – С Иванычем ранёхонько свинтили.

Под безобидное бурчание матери мы зашли в дом. Я лишь успел поставить пакеты на деревянный пол, как по лестнице разнёсся топот ног. На моих губах появилась улыбка, вскинул голову и тут же встретился со счастливым взглядом сына.