По лезвию ножа

Рядом со мной кто-то пошевелился, раздалось недовольное ворчание, щелкнул пульт – и жалюзи медленно закрылись, погружая спальню в полумрак. Все-таки, есть недостатки и у жизни в пентхаусе: дома я никогда не испытывала таких неудобств по утрам.

В голове стоял легкий туман. Но выпила я вчера не слишком много, и вскоре память сложилась в общую картинку.

Довольно неприглядную, если честно. Подытожим: расстроившись из-за двойной измены, я отправилась в бар, чтобы напиться в одиночестве. Единственная хорошая новость состоит в том, что выполнить это до конца мне не удалось.

Плохая новость. Я подцепила первого встречного, при этом разыграла перед ним проститутку и позволила снять себя. Теперь я нахожусь черт знает где, в каком-то отеле, в постели с этим самым первым встречным. Что ему говорить утром – я просто не представляю.

Если бы можно было как-то улизнуть, я бы не раздумывая воспользовалась этой возможностью. Но ее не было. Я лежала на кровати, а сверху на мне лежала сильная тяжелая рука.

И тут пришли новые воспоминания – о том, безумии, что творилось ночью в этой постели. Мои щеки вспыхнули, а дыхание против моей воли предательски сбилось.

Я не сразу заметила, что мой ночной знакомый тоже уже не спит. Он убрал с меня руку, а я вздрогнула и напряглась. Я по-прежнему не знала, что могу ему сказать.

Только говорить не понадобилось.

Его пальцы очертили мой профиль, словно он пытался меня хорошенько рассмотреть – сейчас, когда меня уже не срывает ночная тьма.

Теперь они не были настырными или грубыми. Они едва касались кожи, скользя по скулам, подбородку, шее. Он приподнялся на локтях и повторил их путь, на этот раз губами. Против воли я почувствовала, что просто растворяюсь в океане этой томительной неги.

Его руки между тем скользнули к груди, ласково гладили ее, иногда чуть сжимая сосок. Никакой грубости и нетерпения, запомнившихся мне по первой ночи. Вскоре уже его язык начал неспешный танец, играя с сосками, дразня меня и снова вызывая возбуждение.

Спустившись ниже, он покрыл поцелуями мой живот, не забыв исследовать языком нежную ямочку пупка. К этому времени я уже задыхалась от охвативших меня эмоций.

Но он и не думал останавливаться. Его губы скользнули еще ниже, накрыв крохотный бугорок – источник моего желания. Я тонко вскрикнула от острого как лезвие ножа удовольствия. Он коротко поцеловал этот бутон страсти, обежал его языком, легонько надавил на центр.