Великий Партион. Восход

С одной стороны он рассчитывал обойтись цивилизованными методами, с другой – условия Люки связывали его по рукам и ногам, не оставляя никаких преимуществ обладания «козырем».

– Не ты ли при любом удобном случае любишь рассказывать, как твой наставник заставил тебя три часа стоять на парапете самого высокого небоскрёба Плацентира, чтобы избавить от страха высоты? Это ведь тоже можно считать своего рода «вредом» для твоей психики…

– Это другое, – жёстко ответил лётчик. – Это было частью обучения, тем, что сделало меня сильнее.

Кета кивнул приятелю, хотя не мог с ним согласиться. Всё, что происходит с человеком, либо делает его сильнее, либо ломает. Однако спорить с Глейтоном нет смысла. Главное, что удалось сделать – провернуть небольшой трюк и незаметно обозначить условия их договора. В абстрактном плане «вредом» можно обозвать что угодно – теперь же он заставил Люку дать своё определение этому понятию.

– Слово наследника рода Леон, – пересилив своё раздражение, сказал эвийец.

Глейтон с облегчением кивнул.

– Впрочем, у меня будет мало поводов нарушить данное тебе слово: Её Высочеству вовсе не потребуется находиться подле меня, – огрызнулся Леон и, прихватив бокал с вином, вышел на балкон.

– Как это? Где же она тогда будет находиться? Кто будет её учить? – удивился Люка.

– О, за это не беспокойся. Я планирую отправить её в наилучшее для молодого юнгера место – на Торусант.

Глейтон не сразу вспомнил название.

– Я думал, этот остров заброшен, как и прочие, и им никто уже не пользуется!

– И зря не пользуются! Может быть, если бы этот проект не позабыли, мы с тобой не были бы вынуждены из года в год иметь дело с недотренированной швалью.

Люка задумался. Кета отвернулся, но его тренированный мозг всё равно улавливал мыслительный поток приятеля: фрузонец осознвал, что принцесса нуждается в усиленных тренировках, и предложение Кеты казалось ему как нельзя лучшим вариантом.

– К тому же, я возьму её всего на полгода, – добавил Кета, облокачиваясь на каменный парапет.

– Как? Ты же не имеешь права отказываться от юнгера! – воскликнул партион-пилот.

Леон устало вздохнул. Информация – вот оружие более опасное, чем самый навороченный мультитул или суперсовременный корабль.