Беременна от олигарха

Потом откладываю в сторону и начинаю изучать дело.

Теплова Олеся. 20 лет. В Москве три года. Живёт в общаге при университете.

А статья какая интересная. Хранение и сбыт в особо крупном размере. Это ж надо так вляпаться. Что-то не похожа она на матёрую преступницу.

В том, что она не виновата, я не сомневался ни минуты. Да, и анализ дела моего адвоката из фонда, красноречиво в этом убеждал.

Попалась на мелкой партии, за которую при ее чистой истории максимум условка, но на кого-то же надо повесить выполнение плана по раскрытию преступлений.

Одинокая, провинциальная студентка для этого вполне подходит.

Но как ее угораздило во все это вляпаться? И когда все успевает? Наркотой промышлять, и в клубе на члены натыкаться.

А ещё ведь и учится хорошо. Вон, характеристика из университета. Принимает активное участие в общественной жизни. Ни одной пересдачи за три года. Такая вся положительная. До звона в яйца, у меня в штанах.

Я опять взял фотографию.

Сука. Как я хочу эту Лею. Ненавижу ее за это.

Ну, что, Олеся Теплова, будем тебя вытаскивать? Ведь за тобой должок.

Ну, а теперь ты вообще со мной не расплатишься.

И я убрал фотографию в папку. Подальше от глаз.

Ещё не хватало дрочить на фото этой девчонки.

ГЛАВА 16. Лея

– Теплова! На выход! – голос конвойного будит меня, когда в камере ещё темно. Свет включают позднее.

Неохотно встаю, приглаживаю волосы и тру глаза. Почему так рано? Спрашивать боюсь, покорно иду на выход.

– Шмотье свое собери! – грубо кричит охранник.

– Зачем? – спрашиваю испуганно. – Куда меня?

– К следователю.

– А вещи зачем?

– Ну все, по этапу пойдешь, – злорадно ухмыляется моя соседка по камере, сонно переворачиваясь на другой бок.

– Я не пойду, – останавливаюсь у двери и пугливо смотрю на конвойного. – Я ведь не виновата. Я не поеду никуда.

– Выходи, говорю! – злобно кричит он в ответ. – Или тебя за шкирку вытащить? К следователю сказал!

Я обречённо беру сумку с вещами и иду к двери.

В кабинете у следователя я, словно затравленная добыча, смотрю испуганным взглядом, не хочу верить, что это конец.

– На, подпиши подписку о невыезде, – следователь протягивает какую-то бумажку.

Тон его уже не такой грозный как раньше.

Беру бумажку, читаю и пытаюсь понять смысл написанного, но не получается. Страх парализовал разум.

– Подписывай, – торопит меня следователь. – И можешь ехать домой. Придёшь, когда вызовем.

– Вы отпускаете меня? – я не верю услышанному.