Я тебя забираю

Это было странно и глупо, и вообще… фе-е-е, – Валя скривилась от воспоминаний.

– Именно. Странно и глупо, что кто-то за тебя определяют твою же судьбу! – эмоционально взмахнула руками девушка, проливая шоколад на подоконник. – И получается, у меня никогда не будет самостоятельной жизни. Сейчас меня контролирует отец, а позже будет кто-то другой, – приняла влажную салфетку.

– Звучит ужасно.

– Ужасно, так и есть, – Ксюша скомкала грязную салфетку и повернулась к окну. Сквозь запотевшее стекло проглядывали силуэты спешащих людей, только один выделялся темным неподвижным пятном.

– Ксю, у тебя телефон звонит.

– Что?

– Телефон звонит, – повторила Валя.

– Спасибо, – взглянув на дисплей, волчица приняла вызов. – Эля, мне нужна помощь, я хочу встретиться с твоим отцом, – выпалила вместо приветствия.

– И тебе привет, снежинка, – ответил веселый девичий голос. – Я уточню, свободен ли он. Встреча должна пройти без свидетелей? – Элеонора унаследовала от отца не только внешнее сходство, но и его проницательность и неуемную тягу к чужим тайнам.

– Да, – ответила волчица, возвращаясь взглядом к тому месту, где мгновением раньше стоял демон.

– Жди.

Княжна перезвонила почти сразу, уточнила место и время встречи, пообещав, что Александр появится вовремя.

***

– Я сегодня удивительно популярен у вашей семьи, – князь встречал девушку с широкой улыбкой, открывавшей крупные клыки.

– Я хочу спросить о том дне, – произнесла Ксюша многозначительно, будто знала все, и ей нужно уточнить лишь крохотные детали.

– О каком же? – вампир изобразил непонимание, указывая на кресло возле стола.

– О том, когда мой отец заключил сделку, – волчица присела и вцепилась в мягкие подлокотники, послужившие ей опорой.

– О-о-о, девочка выросла и начала задавать вопросы. Прекрасно. Я слушаю, спрашивай, – чуть прищурился вампир.

Ксении было странно наблюдать за Александром, всегда статичные черты лица, сегодня выражали множество эмоций, чрезвычайно редких для Высших вампиров. Продолжительная жизнь превращала их в манекеноподобных существ, скупых на мимику, разнообразие интонаций при разговоре, проявление чувств.