(Не) согреши

Словно находясь в театре, он с интересом наблюдал за тем, как его друзья пинают хама из магазина около разбитой бутылки виски. Лишь когда сигарета в пальцах главаря этой шайки погасла, он выбросил окурок и коротко сказал парням:

– Хватит.

Ребята расступились в сторону, а Том равнодушно подошёл к избитому и присел около него на корточки. Запахло дешёвыми сигаретами.

– Может, это научит тебя манерам, дядя, – тихо сказал Том и, плюнув на мужчину, выпрямился и махнул рукой друзьям. Парковку они покидали спешно, пока их не засёк кто-нибудь из патрульной полиции.

У Оливера гудели не только рёбра, но и голова. Казалось, та сейчас просто разорвётся на части. Кроссовки хулиганов, казалось, изучили каждый сантиметр тела мужчины. Но и это не убавило его ярости. Даже наоборот.

– Крысы… Сдохните все до одного! – хрипел мужчина, поднимаясь на ноги и придерживая свои рёбра, словно те могли рассыпаться. В машину он буквально заполз, оставляя следы крови на кресле и руле. Всё так же держась за рёбра одной рукой, второй Оливер завёл машину и стал выезжать со стоянки.

– Уроды… Твари… – говорил он уже по пути к дому. Гнев закипал в нём с новой силой, затмевая боль во всем теле. – Сдохните все! Горите в аду, паскуды! Сдохните, сдохните! – с каждым новым словом мужчина вдобавок бил руками по рулю, что никак не сбавляло пыл. Кровь прилила к лицу от неконтролируемого гнева, уши стало закладывать. – Сдо!..

Гневный крик прервался. Захрипев, мужчина тупо уставился в пустоту перед собой. Руки и лицо свела судорога, а нога никак не слезала с педали газа.

Обессилев от лопнувшего в голове сосуда и травмы головы, Оливер стал заваливаться набок. На дороге его ждал крутой поворот. В ограждение машина Оливера влетела на полной скорости и, перекинувшись через забор, улетела в кювет. Остановился автомобиль, перевернувшись на крышу, только через несколько оборотов вокруг своей оси.

…Ада наблюдала за исполнением своей тонкой работы с явным восторгом. В это время рядом появился не кто иной, как её отец.

– Ты явно получаешь безмерное удовольствие от того, что делаешь, – заметил Тромери, почувствовав то ликование, которым была охвачена его дочь.

– Знаешь, нормального детства у меня не было, так что меня научили получать удовольствие только от смерти, – язвительно ответила ему девушка. – Я ждала Астропи.

– Он умер от греха гнева, а не от гордыни, – ответил на это Тромери, возводя руку над телом мужчины, сердце которого остановилось ровно за секунду до этого.