Огонь vs Лед. Переворот наоборот

Вокруг веером разлетаются брызги, на руках и ногах сами собой отрастают золотистые когти, а тело с ног до головы покрывается плотными защитными перьями – их не любое заклинание пробьет –  сердце так сильно частит в груди,  что даже перья над ним приподнимаются.

Затаив дыхание, я жду что будет делать обладатель огромной тени.

Нервы натягиваются до предела. Еще большего напряжения они просто не выдержат – порвутся. Впиваюсь пальцами в бортики ванны, отросшие когти  скребут по влажному теплому камню. Если эта пытка ожиданием сейчас же не закончится, то выпрыгну.

Существо за ширмой подходит совсем близко, замирает, шумно и глубоко дышит.

Камень под пальцами и вода стремительно остывают, даже покрываются тонкой коркой льда. Это кто же осчастливил меня своим присутствием? Неужели сам ледяной дракон? Почувствовал свою метку?

Я тру почти невидимое клеймо на плече – с тех пор, как попала сюда, оно привычно саднит, поэтому не могу определить: оказался ли ближе его хозяин или это просто реакция на его присутствие.

Страшная мысль – что меня похитили для ледяного дракона – на миг сковывает оцепенением все тело и почти сразу отзывается всплеском магии.  Вырваться она не может, во мне – тесно, и тело начинает непроизвольно дергаться.

Судороги выкручивают руки и ноги, шея вот-вот готова переломиться; небольшое облегчение приносит только покрывающая воду изморозь. Она успокаивает бунтующее внутри пламя, баюкает его, и постепенно оно утихает.

Ломая хрупкую корочку, я подгребаю ближе к себе острые ледяные осколки и нахожу успокоение в том, как они хрустят,  скребут о жесткие перья.

Франис всегда говорил, что наша стихия – огонь, а лед нам враг, он губителен для нас. Тогда, почему моя магия не противится такому чужеродному соседству? Или все дело в том, что она подавлена?

– Помощь нужна? – доносится из-за ширмы низкое урчание и вырывает меня из блаженного полузабытья.

– Нет! – решительно отвечаю я, сгребая еще больше льдинок, прижимая их к груди и находя в этом странное успокоение.

– Я помню, – в тихом голосе слышится невеселая усмешка. – Надеюсь, и ты скоро все вспомнишь.

На верхнем краю ширмы повисает лохматое полотенце и что-то из серебристо-голубой текучей ткани.

– Не хочу торопить, но у нас еще дела.