(Не)случайная

Визг сдираемых об асфальт покрышек острым ножом прошелся по натянутым нервам, яркий свет хлестнул по глазам, и я даже не сразу поняла, что на меня стремительно надвигается вылетевший из-за поворота автомобиль.

Ужас парализовал, и я застыла не в силах пошевелиться, только наблюдала, как приближаются яркие огни фар, а с ними и мой конец.

«Вот и все. Убежала», – напоследок подумала я и закрыла глаза, будто так умирать легче.

Смерть приблизилась горячим порывом ветра, но я все еще стояла и даже слышала голоса.

– Совсем охренели! Куда на тротуар! – воскликнули преследователи.

Я рискнула приоткрыть один глаз – летевшая на меня машина, каким-то чудом развернулась, заехала двумя колесами на бордюр и втиснулась между мной и парнями.

Дверь с моей стороны с мягким шипением поднялась, открыв темный салон и неяркие огоньки приборной панели.

– Садись. Живо.

Голос прозвучал бесстрастно до мороза по коже и не предполагал отказа.

Перспектива не самая радужная: либо остаться и оказаться в руках парней, относительно их планов на меня никаких сомнений не возникало, либо сесть в незнакомое авто, и что будет дальше, сложно предсказать.

Вполне может быть, что потом меня найдут в наполненной льдом ванне дешевого мотеля. Что сегодня за день такой?

Я еще раз с тоской посмотрела на приветливые огни ресторана. Нет, до них мне уже не добраться, а парни, осмелев, уже обходили автомобиль.

– Оглохла? – холодно донеслось из темноты салона.

Потом я уловила какое-то неясное шевеление, показалась рука, сверкнула драгоценным камнем запонка, и меня буквально втащили в смесь ароматов лимона, мяты и дорогой кожи.

Глава 11 Лорэнций Нордгейт

Какая тоска!

Опять сидеть и терпеть хихиканье и бестолковое щебетание девиц, въедливый допрос мамочек.

Выбор невест – самое унылое мероприятие, которому великосветские мамаши отдавались со всей страстью иссохших темпераментов. А мне уже надоело ставить потенциальных невест в глупое положение, а потом высмеивать их – слишком это было просто.

К тому же, сейчас в роли жениха выступал Грег, и я обещал ему оставить свои штучки, чтобы не смущать его будущую жену. Так что, есть все шансы умереть со скуки, вместо того, чтобы кататься в горах на лыжах.

Как хорошо, что до тридцатилетия и облечения властью мне нельзя жениться. Якобы семейная жизнь мешает будущему правителю вникать в тонкости управления государством.

Я усмехнулся.